Книга Хозяйка дворца, страница 224 – Чжоу Мо

— Госпожа, – доложил Чуаньцзы, – прибыл пятый агэ.

— Да? – Инло подошла к сундуку, открыла его и залезла внутрь.

Чуаньцзы молчал, ошарашенный происходящим.

— Что ты стоишь? Закрой сундук! – поторопила его Инло. – И скажи пятому агэ, что меня нет!

Как только крышка была водворена на место, вошел Юнци.

— А где же матушка Лин?

С хозяйкой в сундуке возле его ног евнуху оставалось только улыбнуться и ответить:

— Госпожа прилегла во дворе, а потом объявила, что у нее болит голова, и ушла отдыхать в опочивальню.

Услышав это, мальчик нахмурился.

— Когда я был маленьким, матушка Лин посылала в дом агэ специального человека, который присматривал за тем, что я ем и пью. Почему она не может с тем же тщанием позаботиться о собственном здоровье?

Еще будучи семилетним мальчишкой, он казался куда взрослее сверстников и любил поучать других, так что даже Вэй Инло его побаивалась.

«О Амитабха, пусть он поскорее уйдет!» – Вэй Инло в сундуке сложила руки в молитве.

Но запоздалые молитвы толку не приносят, и принц снова принялся занудствовать:

— Вы только посмотрите, на дворе лето, но такое ощущение, что во дворец Яньси принесли весь лед из ледника. Разве ей можно есть этот холодный виноград и дыни? Немедленно уберите их.

Потом:

— И когда же проснется матушка Лин?

И снова:

— Сегодня я получил письмо от маменьки, хотел передать его матушке Лин, так что присяду здесь и подожду, когда она проснется.

Сундук был маловат, какое-то время в нем можно было высидеть, но Вэй Инло уже становилось душновато, а от этих слов и вовсе перехватило дыхание.

«Трое пречистых^[78], Мацзу-охранительница^[79], пусть он уже уйдет», – перебирала она одно божество за другим.

Запоздалые молитвы еще куда ни шло, но подобные неискренние призывы ко всем святым подряд могут вывести богов из себя, а потому возле сундука послышался голос Хунли:

— Юнци, так и знал, что ты здесь. Ну что, опять зря пришел?

— От вашего императорского ока ничему не укрыться, отец. Слуги говорят, матушка Лин все еще не вставала от дневного сна.

Но императору было не так легко заморочить голову, после десяти лет в браке он отлично знал нрав супруги. Осмотрев комнату, он сразу сообразил, что к чему.

— Оставила недоеденный виноград и вот так отправилась спать? – Хунли величественно расположился в кресле. – Ладно, подождем ее здесь… Юнци, давай продолжим партию в шахматы, которую мы в прошлый раз не закончили.

Чуаньцзы поспешил предложить:

— Я сейчас же подготовлю доску, прошу вас переместиться в главный зал.

— Это ни к чему, мы поиграем здесь. – Император с улыбкой указал на сундук. – Подай-ка его сюда.

На него водрузили шахматную доску, и отец с сыном принялись играть. Через некоторое время, когда Хунли как раз ставил фигуру на поле, доска вдруг накренилась, шахматы упали, а из сундука с трудом выбралась Вэй Инло.

— Сколько уже можно играть?!

Юнци опешил, зато Хунли, скрестив руки, сказал со смехом:

— Ты же мать, как ты можешь вытворять подобное? Теперь над тобой будут смеяться во всем Запретном городе, какое после этого возможно уважение к старшим?

Вэй Инло ответила с недобрым видом:

— Ваше величество, вы же точно знали, что я внутри, а нарочно заставили меня мучиться, где ваше почтение к супруге?

Какое-то время они препирались, словно самые обычные муж и жена, после чего император наконец помог ей выбраться. Первым, что она увидела, было недовольное лицо пятого принца.