Онлайн книга «Ради любви и чести»
|
желание подойти к ней, обнять и черпать силы из ее непоколебимого духа. — Значит, вы не будете против того, чтобы жениться на мне прямо сейчас? — Спросила она, возвращаясь к цели своего визита. — Жениться? — Спросил Олдрик, наконец заговорив. — В такое время, как сейчас? Сабина бросила на Олдрика прищуренный взгляд, который заставил его замолчать. Эта суровость так напомнила мне ее бабушку, что я не смог сдержать улыбку. И она стала еще шире, когда Олдрик опустил глаза и неловко заерзал на стуле. — Что вы ответите на мое предложение, сэр? — Снова спросила она меня резко, как будто заключала обычную деловую сделку, а не сделку, которая изменит ее жизнь. Моя улыбка погасла. Ее предложение показалось мне неправильным. Я должен был стоять перед ней на коленях, просить ее руки, предлагать ей свою жизнь и свою преданность. Я должен был ползать у нее в ногах, обожать ее, отдавать ей всю свою любовь, какую только мог. Я колебался, и на ее лицо стало наползать выражение недоумения. — Конечно, я готов принять ваше предложение, — сказал я. Я не хотел, чтобы она думала, что я колебался из-за нее. — Но я думал, что вы против… — Нет, если этим я могу положить конец осаде. — И как же, миледи? Но еще до того, как она ответила, меня придавил тяжелый груз. — Если вы женитесь на мне, у вас будет достаточно серебра, чтобы расплатиться с лордом Питтом. — Я же сказал вам, что не возьму у вас ни одной серебряной монеты. Таково было мое условие. — С вашей стороны было благородно поставить такое условие. Но обстоятельства изменились. — Но, тем не менее, это моя клятва, и я не могу ее нарушить. — Если у вас есть возможность предотвратить ранения или гибель ваших людей и людей лорда Питта, то почему бы вам не воспользоваться ей? — Потому что я обещал, что не буду пользоваться вашими деньгами. А я никогда не даю обещаний, которые не могу выполнять. Олдрик снова переводил взгляд с меня на нее, и на его лице медленно проступало понимание. Хотя мы с мамой не рассказывали ему о планах сделать выгодную партию, чтобы спасти Мейдстоун, я уверен, сейчас было нетрудно догадаться. В глазах Сабины вспыхнули искорки: — Это значит, что вы готовы позволить умереть еще большему количеству людей, чтобы сдержать глупое обещание? — Она не дала мне возможности ответить. — Я предлагаю вам именно то, что вы хотели с самого моего приезда — мое состояние. Я отдаю все это вам по собственной воле. Я хочу, чтобы оно было у вас. Как вы можете отказываться? Я отрицательно покачал головой: — Я должен поступить благородно. — И, возможно, умереть? — Да, если понадобится. Ее лицо побледнело, а напряженные плечи опустились. Я провел рукой по глазам: песок и пыль битвы осели в каждой трещине кожи. Как бы мне ни хотелось успокоить ее, я скорее умру, чем буду жить с чувством вины из-за нарушенного обещания не использовать Сабину ради ее денег. Я не мог этого сделать. Я найду другой способ спасти Мейдстоун. Или умру. Я прижала жестяную кружку к потрескавшимся губам солдата. Он сделал глоток и со стоном упал на окровавленную соломенную циновку. Я натянула шерстяное одеяло на его грудь, прикрывая раны, которые он получил. У нас не было врача, который помог бы лечить раненых, но старшая служанка разбиралась в травах и медицине, поэтому ей пришлось взять на |