Книга Прекрасные маленькие глупышки, страница 137 – Оливия Хоррокс

— Это всего лишь платье из каталога, — ответила я бесцветным голосом, хотя этот комплимент заставил мое сердце биться чаще.

— Почему ты всегда принижаешь себя? Неважно, откуда оно взялось. Главное, что ты в нем прекрасно выглядишь, — возразил он.

Я бросила на Александра удивленный взгляд, но он смотрел в сторону, в темную глубину сада. Возможно, завтра я уеду, а ему до сих пор было неизвестно о моей надвигающейся помолвке с Чарльзом. Теперь же все так запуталось, что я не представляла, с чего начать, как ему все объяснить. Но если я этого не сделаю, то он так и не узнает, почему я уехала.

— Александр, мне нужно тебе кое-что сказать, — наконец решилась я. Желудок неприятно сжался, когда я пыталась сообразить, как действовать дальше.

— Как продвигается работа над Ван Гогом? — спросил он, притворившись, будто не услышал меня. — Тетя все время интересуется твоими успехами.

— Копию я закончила. Отослала ее в Королевскую академию на этой неделе, но ответа пока нет, — ответила я с досадой, и он приподнял бровь от резкости моего тона. — Извини, — вздохнула я. — Просто мне действительно очень нужно сказать тебе нечто важное.

— Не сейчас, Берди. Еще слишком рано для серьезных разговоров. Позже я хотел бы вручить тебе одну вещь — давай тогда и поговорим. А сейчас, может быть, потанцуем? — Александр подал мне руку.

С беспечностью, вызванной не только алкоголем, я приняла его предложение. Интересно, что он для меня приготовил? Но мы успели сделать всего пару шагов в направлении бального зала, когда на террасу вбежала Роуз, окруженная стайкой подруг. Вся она переливалась золотистыми оттенками — от белокурой головки до шелкового бального платья цвета шампанского; множество браслетов весело звенели на руках при каждом движении.

— Берди, вот ты где! — воскликнула она, заключив меня в объятия, и Александр сразу же выпустил мою руку. Роуз, уже сильно опьяневшая, продолжила, заикаясь: — Вот это вечеринка, да? Я недурно все устроила. — Она повернулась к девушкам и неразборчиво пробормотала: — Это моя богемная подруга Берди. Она учится в Сент-Агс и входит в число тех избранных, которые пишут мой портрет ко дню рождения. Видите, я же говорила вам, что знакома с интересными людьми!

Девицы захихикали, глядя на меня, а Роуз повернулась ко мне и прошептала:

— Спаси меня, Берди! Эти люди ужасны. — Запах алкоголя в ее дыхании смешался с пьянящим ароматом ее крепких духов. Она потащила меня в бальный зал, и я оглянулась, лихорадочно ища Александра. Но он уже исчез.

Роуз танцевала, все сильнее пошатываясь. Перекрикивая толпу, заказывала оркестру играть свои любимые песни. Щеки ее пылали, она кружилась все быстрее, при этом хватая бокалы с серебряных подносов каждый раз, как они проплывали мимо. Она походила на калейдоскоп из золота и блесток, который крутился сам по себе. Вдруг она потеряла равновесие, и я попыталась ее удержать.

— Роуз, с тобой все в порядке? — спросила я, вглядываясь в ее пустые глаза.

— Со мной все прекрасно! — заявила она, запинаясь. — Вообще все потрясно! — Роуз взмахнула руками, запрокинула голову и внезапно начала падать.

Я успела вовремя подхватить ее и, обняв за талию, потащила из толпы.

— Пойдем, — крикнула я через грохот музыки. — Давай выберемся отсюда.