Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 347 – Элисон Уэйр

Гарри услышал, как кто-то пробормотал:

— Это, несомненно, был редчайший человек из всех, кто жил в его время, – и подумал: «Неужели я уже умер?»

Потом кто-то другой сказал:

— Мы говорим о нем как о божестве, но он был не святой. Он совершил много злых дел.

— Да, но во всей истории вы не найдете равного ему короля.

— Великий Гарри! – произнес кто-то. – Взгляните на него теперь.

А потом – или это ему почудилось? – раздался голос женщины, который он узнал бы при любых обстоятельствах, – голос, который по прошествии десяти лет почти перестал звучать у него в голове:

— Вашей женой я быть не могу – и потому, что недостойна, и потому, что у вас уже есть королева. А любовницей вашей я не стану!

Анна! Он очень живо вспомнил ее очарование, почувствовал, даже теперь, трепет желания, который испытывал, когда добивался ее. Время будто откатилось назад, и он снова был в расцвете своих мужских сил, мчался куда-то в седле, а рядом с ним смеялась черноглазая красотка.

Потом зазвучали сразу несколько голосов, словно эхо доносило их сквозь годы. Он узнал все. Кейт заявляла, что никогда не была женой Артура; Уолси обещал аннулировать брак; Кромвель молил о пощаде; Кэтрин кричала в галерее; и Джейн, милая Джейн, пыталась вдохнуть. Нет, нет! – застонал про себя Гарри.

Он почувствовал, как кто-то – Кранмер? – берет его за руку и спрашивает будто издалека, умирает ли он с верой во Христа. Гарри собрал все свои силы и сжал эту руку так крепко, как только мог. Все было кончено. Он положил скипетр и бросил борьбу. Понимая, что впереди его ждут небеса, Гарри слился с тьмой.

Написав шесть романов о женах Генриха VIII, каждый с точки зрения главной героини, я долгое время считала, что пришло время Генриху замолвить за себя слово в романе, посвященном ему. Я рада, что издатели согласились на это, и вот он написан, целиком с точки зрения самого короля.

Должна признаться, что, создавая роман о Генрихе VIII, я испытывала некоторый трепет. Этот король так знаменит, слава его пережила века, и я сомневалась, сумею ли отдать ему должное. В его истории столько разных сюжетных линий, что мне было трудно выбрать, какие из них подробно освещать в книге, к тому же с ними связаны сотни других персонажей, многие из них – титаны в истории, которых тоже нужно было упомянуть. Нелегкая задача!

К счастью, я не один десяток лет занималась изучением Генриха VIII и династии незаурядных правителей, закрепившейся на троне с его правлением, так что при написании романа я имела возможность опираться на свои исследования. Учитывая ограничения, накладываемые объемом книги, а также для сохранения гладкости повествования в некоторых случаях я сокращала изложение событий, упрощала объяснение нюансов политики и сути существовавших в то время религиозных противоречий.

При дворе Генриха появлялись многие замечательные личности, которые оказывали на него формирующее влияние как в личном плане, так и в политике. Я отдавала предпочтение тем из них, кто важен для биографии короля или помогает понять разные аспекты характера Генриха. Широкое использование источников того времени позволило мне ярче выделить отдельные моменты жизни Генриха и разнообразить повествование, хотя некоторые события помещены в другой контекст, а архаический язык местами осовременен.