Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 127 – Ева Арк

— Передай моему брату, что я уехал, так как ему сейчас не до меня, – приказал кардинал охраннику, поспешно распахнувшему перед ним ворота.

Затем, бросив на землю монету, он прибавил:

— Это тебе, выпей за моё здоровье!

Пока тот нагибался за монетой, лошадь, на которой сидела Лоренца, благополучно миновала ворота. Отъехав на несколько шагов, кардинал спросил у девушки:

— Как твоё имя?

— Донна Лоренца де Нери, монсеньор.

— А где Вы живёте?

— Здесь же, на Корсо, в доме вдовы донны Марцеллы Росси.

— В таком случае, Вам нельзя туда, иначе мой брат быстро Вас отыщет.

— Может быть, Вы пока поместите меня в какой-нибудь монастырь, монсеньор? – предложила дочь Великолепного, вспомнив Святую Лючию.

— Это неплохая идея, – согласился с ней кардинал. – Но сейчас уже слишком поздно.

— Что же мне делать?

— Пожалуй, я знаю одно место, где Хуан ни за что не станет Вас искать.

— Могу я узнать, что это за место, монсеньор?

— Дворец Санта Мария дель Портико. Там живёт моя сестра мадонна Лукреция, графиня Котиньолы и Пезаро, которая позавчера вернулась в Рим. У неё Вы будете в полной безопасности.

Санта Мария дель Портико

У Лоренцы не было времени подумать над предложением брата Хуана. К тому же, из-за всех предыдущих событий мысли её путались. Поэтому девушка согласилась ехать во дворец сестры кардинала. Остаток пути они проделали в полном молчании, тем более, что дворец находился недалеко и примыкал к церкви Святого Петра. Всякий раз, когда Лоренца ходила с донной Марцеллой к мессе, она имела возможность любоваться Санта Мария дель Портико. Это было великолепное сооружение из жёлтого песчаника со сводчатыми решётчатыми окнами и собственной башней-лоджией, немного уступавшей размерами папской. Вероятно, своё название дворец получил из-за навеса с колоннами, пристроенного к парадному входу, выходившему на площадь и уравновешенному балконом на уровне третьего этажа.

Стражники, узнав кардинала, беспрепятственно пропустили их внутрь. Справа от входной двери располагалась часовня, через которую можно было попасть в базилику Святого Петра, а слева – большой вестибюль, увешанный шпалерами с изображением мифологических сцен. Пройдя по нему, девушка и кардинал попали в гостиную, тоже украшенную шпалерами с цветами и деревьями. Ковры на полу гармонировали с мебелью. Напротив камина виднелся стол с бархатной скатертью, окружённый резными стульями, а у стены – кровать с атласным покрывалом.

— Айше! – властно позвал спутник Лоренцы.

Тотчас из-за дверной портьеры выглянула миловидная женщина с желтоватым лицом и раскосыми глазами.

— Это любимая рабыня моей сестры и ей можно полностью доверять, – сообщил кардинал Лоренце.

После чего снова повернулся к рабыне:

— Моя сестра у себя, Айше?

— Нет, монсеньор, – низко поклонившись, ответила та.

— А где она?

— Мадонна Лукреция в Ватикане, но скоро должна вернуться.

— В таком случае, я подожду её.

Айше снова скрылась в спальне, а Рамиро кардинал приказал ждать в вестибюле. После чего прилёг на кровать, предложив дочери Великолепного сесть рядом на стул. При этом она невольно обратила внимание на тонкие белые пальцы Цезаря, унизанные перстнями. Однако среди них не было стального кольца, и Лоренца успокоилась, сочтя слова Хуана пьяным бредом.