Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 88 – Дия Семина

— Не такая уж и брехня, учитывая несколько газет вдруг опубликовали статьи о вашем происхождении. Мельницы и другие частные дела можно опровергнуть, но подлог документов — дело куда как серьёзнее. Однако мы с вами можем всё решить быстро. Я почему-то не верю, что вы были способны на такой шаг. Это же надо подделать «Жалованную грамоту», это преступление против государя нашего. Надеюсь, в статьях наговор. Будьте любезны, принесите мне документ, подтверждающий ваш ранг барона.

— Ам… Да, сейчас, конечно…

Дверь открылась, и послышался тоненький, вкрадчивый, мягкий и обволакивающий голос Валентины:

— Простите, чаёк, чаёк вам принесла, будьте так любезны, отпейте чайку-то, пожалуйста, вот, — вовремя подоспела спасительница.

Женщина медленно прошла к столу и начала сервировать чаепитие, разливая из огромного, круглого чайника горячий, ароматный напиток. Показалось, что, слушая её голос и чай теперь льётся медленнее.

Чашка полная, Валентина осторожно подняла её на блюдце, придерживая за ручку, и повернулась к Кретову, улыбнулась и посмотрела в глаза:

— Выпейте чай, он вас согреет, успокоит, сделает счастливым. Лучший чай, самый лучший, посмотрите на пар, как он вьётся, так и ваши мысли развеиваются. Я дарю вам счастье и покой, считаю, и, как только вы услышите последнее число, ваши глаза закроются, пять. Кх-кх-кх! — Валентина неожиданно выронила кружку, та со звоном упала, разлетелась на сотни осколков и оставила огромное мокрое пятно на полу и на юбке неуклюжей женщины.

В следующую секунду она схватилась за горло и сильнее закашлялась, покраснела и завалилась на пол, прямо в ту лужу, какую сама же и разлила.

— Валентина, да что с тобой?

— С ней всё в порядке, просто ей сейчас внушили, что у неё удушье и нужно уснуть. Она поедет со мной, не переживайте. Но про Жалованную грамоту я не забыл, и всё ещё жду. Принесите, и не советую бежать. Мои люди уже окружили дом.

Молча, осознав провал, Василь сходил в кабинет за документами и быстро вернулся. Протянул Кретову, немного помолчав решился на сделку.

— Я всё скажу, вообще всё. Но с одним условием.

— Я вас слушаю.

— Моя жена, дочь и главное, сын, прямо сейчас уедут в Ростов-на-Дону к моей сестре, и вы их не обыскиваете.

Кретов открыл небольшую папку с документами Румянцева и сразу заметил признаки фальшивки. Несколько секунд думал над предложением и, наконец, решился.

— Вы сейчас же пишите всё, что знаете про секту и её адептов. Все приказы, какие вам отдавались в эти годы, и кем. Всё, что припомните. Я прочту, а потом сделаю выводы, и если данные существенные, то я позволю вашей жене загрузить карету и увезти детей в безопасное место. Но, надеюсь, вы понимаете, что им больше нельзя появляться ни в одном из столичных городов. И следом за ними полетит депеша губернатору, присмотреть, так сказать.

— Пусть хоть так. Сына спасти, это единственное, что я сейчас хочу и могу.

— Достойно, понимаю вас. Вот перо и бумага. Пишите чистосердечное.

— Но что случилось с Валентиной? Вы тоже гипнотизёр?

Следователь улыбнулся с видом победителя, но довольно загадочно произнёс:

— У нас на службе не только люди, сейчас здесь есть трое мощных призраков. Один из них слегка придушил Валентину, и внушил ей сон. Она тоже обвиняется в убийстве любовницы Распутина, потому советую вам и про эти связи тоже упомянуть.