Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3»
|
Дочь зажала рот рукой, чтобы не заскулить, но у Василия появилась новая идея, последний шанс на спасение. — Валентину мне, быстро, прям сюда, а этого сыщика в библиотеку проводите, чтобы всё тихо. А ты дурында, что расселась? Сказал же, вставай и бегом собирать драгоценности. Документы липовые у мамки есть. Карету возьмите попроще дармез, он хоть небыстрый, но вместительный. Всё, пошла, пошла… Он схватил дочь за руку, рывком заставил её встать и толкнул к дверям, заставляя ускориться. Она всё ещё не верит, что всё настолько плохо. Но пошла к матери, собирать багаж, втайне надеясь, что это какая-то злая шутка и ошибка, какую сейчас разрешат… Валентина тенью прибежала в комнату Варвары, выслушала приказ своего хозяина и кивнула, он тут же продолжил уточнять детали: — Зайдёшь в библиотеку чуть позже с чаем, поняла? Войдёшь, очень медленно сделаешь чай, подашь ему и начнёшь ворожить, и сделай так, чтобы он извинился и ушёл, и забыл о деле, с каким явился. Нам нужна фора, чтобы забрать деньги и уехать. — Насовсем? А я… — А ты поедешь в дом князя, он наш отец-покровитель, с такими способностями ты для него ценная, не бросит. Валя кинулась целовать руку благодетелю, но тот вырвался и подтолкнул её к двери. Настроился, посмотрел на себя в круглое женское зеркальце с позолотой, и решился выйти навстречу обвинителю, последний козырь — Валентина, и она сможет всё подправить, какой-то сыщик для неё как кутёнок, быстро обработает. Решительно прошёл на этаж ниже, открыл дверь и замер, рассматривая незваного гостя, пытаясь оценить его, а то может и без гипноза обойдётся, деньги все любят, у всех есть дыры, какие деньгой можно и нужно заткнуть. Увы, этот непродажный… В библиотеке стоит солидный, крепкий мужчина, про таких говорят «тёртый калач», даже Валькины хитрости могут и не сработать. Но попытаться всё равно нужно не так, так эдак. Незнакомец рассматривал книжные полки и когда вошёл хозяин дома, теперь повернулся, и довольно миролюбиво представился: — Архип Павлович Кретов, старший следователь Тайной канцелярии, прибыл на беседу, по поводу одного заявления… — Здравия желаю, вот служба-то, и в воскресное утро для вас покоя нет. Присаживайтесь, в ногах правды нет, понимаю, что разговор будет долгим… — Посмотрим, от вас зависит. — Как в чём суть претензии? Поясните, сделайте одолжение. Кретов улыбнулся, будучи готовым к излишней говорливости Василия Лукича. Но неспешно присел в кресло, достал из своей потёртой папки бумагу и показал Румянцеву. — Вот у нас появилось заявление от Егорова Савелия Сергеевича, он чудесным образом оклемался и встал на ноги после взрыва. И сразу к нам, написал бумагу-то. Из которой следует, что вы пришли буквально за неделю до взрыва с очень странным предложением продать вам мельницу, да за сущие копейки. Иначе Егоров пожалеет. Ваши угрозы были недвусмысленные, и их услышал один из управляющих мельницей, он тоже дал показания, что ваши слова несли в себе смысл конкретной угрозы. Савелий Сергеевич — ваш самый крупный конкурент. И мне всего три дня потребовалось, чтобы поднять бумаги, в подобных сделках с вашим участием. Мельница Егорова уже третья. Другие мельники испугались и уступили. — Это брехня и наговор… Выкрикнул Василь, но для себя заметку сделал, что всё же не Орлов автор этих пасквилей в газетёнке, а Савелий раздухарился, подумал, что может переломить толстую цыганскую шею. Барон даже улыбнулся довольной улыбкой, но тут же взял себя в руки. Сейчас бы самое время принести чай Валентине, но та задерживается. |