Книга Эльф для цветочницы, страница 61 – Элейн Торн

Она поцеловала его в плечо — легко, почти невесомо. Он вздохнул и притянул её ближе, не просыпаясь. Она улыбнулась и закрыла глаза.

Впереди был новый день. Будут заказы, букеты, Томас, который наверняка всё поймёт по их взглядам. Будут трудности, сомнения, может быть, даже слёзы. Но сейчас, в это снежное утро, в его объятиях, она знала одно.

Она дома. Наконец-то дома.

Праздник Середины Зимы в Миррадине всегда был особенным.

Главная площадь преображалась: гирлянды из еловых веток и засушенных ягод оплетали фонарные столбы, жаровни с огнём расставляли по углам, отгоняя декабрьский холод, а воздух наполнялся запахами жареных каштанов, пряного сидра и корицы. Торговцы со всей округи съезжались на ярмарку, раскладывали товары на прилавках — ткани, украшения, сладости, игрушки, — и горожане, забыв о будничных заботах, гуляли, смеялись и тратили монеты.

Рози тоже решила участвовать. Она арендовала небольшой прилавок на краю площади и выставила зимние букеты — белые розы, еловые ветки, засушенные ягоды остролиста, перевязанные серебристыми лентами, и многое другое. Томас помогал ей с самого утра, расставляя товар и зазывая покупателей. Калеб должен был подойти позже — он задержался в теплице, проверяя отопление, потому что ночью обещали сильный мороз.

— Я справлюсь, — заверила его Рози, когда он хмурился, не желая отпускать её одну. — Томас со мной, и вокруг полно людей. Что может случиться?

Он нехотя кивнул, поцеловал её в лоб — быстро, потому что Томас уже отворачивался, делая вид, что ничего не замечает, — и ушёл.

Рози смотрела ему вслед и улыбалась. За последние недели она научилась не бояться. Не вздрагивать от резких звуков. Не замирать, когда кто-то подходил слишком близко. Она почти поверила, что худшее позади.

Как же она ошибалась.

Ярмарка гудела. Покупатели подходили один за другим, и к полудню половина букетов была продана. Томас, сияя, бегал за горячим шоколадом, а Розалинда улыбалась покупателям, заворачивала цветы в бумагу и думала о том, что вечером они с Калебом останутся вдвоём — будут пить чай у очага, и она расскажет ему, как прошёл день.

Она не сразу заметила их.

Гарет появился из толпы, как всегда, безупречный — тёмно-синий плащ, подбитый мехом, серебряные пуговицы, самодовольная улыбка. Бран держался чуть позади, как тень, и его маленькие глазки ощупывали Розалинду с той же липкой жадностью, что и всегда.

— Госпожа Майер, — пропел Гарет, останавливаясь у прилавка. — Какая приятная встреча. Ваши цветы сегодня особенно хороши. Как и вы сами.

Розалинда почувствовала, как внутри поднимается знакомая волна страха, но подавила её. Она больше не та женщина, что дрожала от одного их вида. У неё есть Калеб. У неё есть дом. У неё есть право говорить «нет».

— Благодарю, господин Гарет, — ответила она ровно. — Желаете приобрести букет?

— Букет? — он рассмеялся, и в его смехе было что-то неприятное, скользкое. — Нет, я пришёл не за цветами. Я пришёл пригласить вас. Сегодня вечером, после закрытия ярмарки, в «Красном маке» будет небольшое собрание. Только для избранных. Вы должны быть там.

— Я не заинтересована, — ответила она, отводя взгляд и начиная перебирать ленты, чтобы занять руки.

Гарет переглянулся с Браном. Что-то в этом взгляде заставило Рози похолодеть.