Книга Курс 1. Декабрь, страница 210 – Гарри Фокс

В коридоре второго этажа было тихо. Магические светильники горели вполсилы, создавая уютный полумрак. Портреты предков на стенах, кажется, спали вместе со всем замком — их глаза больше не сверлили меня, только тени от мерцающего света заставляли их лица казаться живыми.

Я прошёл мимо своей двери, даже не взглянув на неё. Остановился перед комнатой Ланы.

Секунду колебался. Что я ей скажу? Что гулял с женщиной, от которой она велела держаться подальше? Что узнал о заговоре против меня? Что Евлена обещала помочь… в обмен на услугу?

Я вздохнул и постучал.

Дверь распахнулась почти мгновенно — будто Лана стояла за ней всё это время, прижавшись ухом к дереву и считая мои шаги по коридору.

Она была в лёгком халате, наброшенном поверх ночной сорочки. Белоснежные волосы растрёпаны, глаза горят в полумраке — смесь ревности, беспокойства и облегчения от того, что я вернулся.

— Ты где был? — спросила она без предисловий. Голос дрожал, хотя она пыталась говорить ровно. — Я видела тебя в саду. С Евленой. Вы гуляли по лабиринту. Целый час!

Она скрестила руки на груди, и я видел, как напряжены её плечи.

— Она пригласила на прогулку, — честно ответил я, понимая, что врать бесполезно. — Прислала письмо. Хотела поговорить.

— Поговорить? — Лана повысила голос, но тут же понизила его до шипящего шёпота, вспомнив, что мы не одни в замке. — О чём можно говорить с ней посреди ночи? В лабиринте? Где никто не увидит?

— Лан…

— Я тебя предупреждала! — Она ткнула пальцем мне в грудь. — Я говорила: держись от неё подальше! Она опасна! А ты… ты просто взял и пошёл! Что она сказала? Зачем тащила тебя в этот дурацкий лабиринт среди ночи?

Я вздохнул, чувствуя, как её пальцы впиваются в ткань моей куртки. Ревность в её алых глазах боролась с любопытством, и пока что ревность побеждала с большим отрывом.

— Попросила составить компанию, — ответил я максимально нейтрально. — Сказала, что я напоминаю ей одного знакомого. Из далёкого прошлого. Вот и решила прогуляться для атмосферы.

Лана прищурилась.

— Для атмосферы? Она вытащила тебя из тёплой постели ради атмосферы? Посреди ночи? В лабиринт?

— Лан, она… — я запнулся, подбирая слова. — Она сказала, что на моей стороне. Что я могу рассчитывать на неё.

— На неё? — Лана фыркнула так, что даже снег за окном, кажется, вздрогнул. — Эта женщина вообще давно потеряла право голоса! Столько жить вредно для мозга, между прочим! Она ещё скажет, что помнит, как динозавры вымерли! И Сквиртоник куролесил с Артуром Драконхеймом!

— Лан…

— Я на твоей стороне! — она ткнула себя пальцем в грудь. — Я! А она пусть сидит в своём подвале и вспоминает знакомых из каменного века! И вообще, — Лана гордо вздёрнула подбородок, — Блады должны подчиняться моим решениям. Я тут главная наследница, если ты забыл!

Я невольно улыбнулся. Лана в гневе была прекрасна — щёки пылали, глаза метали молнии, а белоснежные волосы, казалось, светились от возмущения.

— Я и не спорю, — примирительно сказал я, обнимая её за талию. — Ты у нас главная.

— То-то же, — пробурчала она, но в голосе уже слышались нотки удовольствия. — И вообще, если ей так нужна компания, пусть заведёт кота. Или призрака. У них там в подвалах этого добра навалом.

— Обязательно передай ей это при встрече, — серьёзно кивнул я.