Книга Ищу маму для папы — спецназовца, страница 77 – Рошаль Шантье

— Уехал.

— Он… даже не зашел… — растерянно говорит она.

— Сказал, дела. Срочные.

— Ясно.

Пока мы идем к машине, Тихон не выпускает мою руку. Я же не в состоянии стереть с лица блаженую улыбку. Наверное, я должна проявить к Веронике больше сочувствия. Но я столько времени верила, что Тихон погиб в том пожаре, столько мечтала вот так держать его за руку, что чужие переживания отходят на второй план. Я так долго жила по указке психически нездорового мужчины, что теперь просто хочу наслаждаться каждым прожитым днем.

— Заедем в больницу, а потом сразу домой, — говорит он.

— Зачем? Я отлично себя чувствую.

— Я хочу, чтобы тебя осмотрели. Стеша…

— Тихон, — привстав на цыпочки, я ловлю его взгляд. — Все, что мне сейчас нужно — это оказаться дома вместе с тобой.

Он упрямо качает головой.

— Стефания, — говорит строго.

— Пожалуйста, Тихон. Я хочу немного спокойствия. Поедем в больницу на днях, за несколько дней ничего не случится…

Его взгляд смягчается, я прижимаюсь щекой к сильному плечу:

— Прошу тебя…

— Хорошо. Но на днях обязательно! Ты точно хорошо себя чувствуешь?

— Абсолютно. И врачи скорой выдали заключение, что мое состояние в норме.

Меня осмотрели где-то между тем, как я переоделась и мы поехали в часть. Фельдшер посоветовала пройти полное обследование на всякий случай, но ничего тревожного не обнаружила.

Тихон сдается. Ничего не говорит вслух, лишь крепче прижимает меня к себе и целует в макушку. Наверное, в сотый раз за сегодня. Я растворяюсь в его заботе.

В салоне не выдерживаю и крепко прижимаюсь к Тихону. Зарываюсь носом во вкусно пахнущую его личным запахом шею и оставляю несколько несдержанных поцелуев. Погрузив руку в мои волосы, Тихон шумно выдыхает. А потом впивается в мои губы. Поцелуй голодный и…

— Ах… еще… — всхлипываю, закатывая глаза от эмоций. — Тихон… — растерянно злюсь, когда он от меня отрывается.

— Тшш… Детка, мы на парковке военной части. Будущей жене подполковника необходимо чтить…

— Стоп! Жене?! — округляю глаза. — Стой-стой! Подполковника?! Тебе дали подполковника?

Тихон запрокидывает голову и смеется.

— На какой вопрос мне ответить первым? — играючи выгибает бровь.

— Когда дети приедут?

Тихон округляет глаза:

— Огорошила! — поясняет свою реакцию.

— Я соскучилась! Но на все согласна — и на жену, и на подполковника.

— Вместе со званием мне предложили должность.

— М?

— Хотят, чтобы я уже не группой командовал, а всем спецподразделением.

— А ты?

— Сказал, с женой посоветуюсь.

— Ты не женат, — смотрю на него обвинительно.

— Полковник тоже так сказал, — вздыхает он. — Пришлось пригласить на свадьбу.

— Ну ты это серьезно сейчас?

— Вполне. Я все решил, когда полез во все это. Стеш, у меня двое детей. Я бы не рисковал ради абы кого.

Эта фраза смешит меня, и я захожусь хохотом:

— Это лучший комплимент в моей жизни, клянусь!

— Я тебя люблю.

— И я тебя люблю! Очень-очень!

— Ну так что?

— Согласна. И на подполковника, и на все остальное…

Стефания

Горячие струи воды бьют по плечам, смывая пыль дорог, чужие взгляды и липкий страх, связанный с Денисом. Мы принимаем душ вместе, но в этом нет былой лихорадочности. Тихон намыливает губку и медленно ведет по моей спине, задерживаясь на лопатках, массируя затекшие мышцы. Его прикосновения собственнические, но при этом удивительно бережные. Он словно заново присваивает каждый сантиметр моего тела, но делает это не как захватчик, а как тот, кто вернулся в родной дом.