Книга Лунный свет среди деревьев 1, страница 98 – Екатерина Боброва

Няне ответила неодобрительным вздохом. Знала она все. И про возможный голод. И про тяготы. Но дико боялась отпускать меня в город до истечения годового срока.

— Все будет хорошо, – мягко улыбнулась я ей.

В свете фонаря няня выглядела постаревшей, согнувшейся, и сердце кольнула острая жалость. Я не выдержала, обняла ее, прижимая к себе. Меня обдал знакомый запах сушенных трав, и ком горечи подкатил к горлу.

— Я сон плохой видела, – вымолвила няня, отстраняясь. Она промокнула глаза краем рукава. – Будь осторожней, береги себя и зверя своего не выпускай. Если арестуют – пришли весточку с красавчиком. Я попрошу мастера Гу помочь. Все-таки ты теперь его дочь.

— Няня?! – пораженно воскликнула я.

— Да было бы там что скрывать! – отмахнулась женщина. – Зверь твой полезный. Дом вон обогревает. Ну а дух… Ученый же. Заниматься тебе помогает. Сладкоежка он, – тепло улыбнулась она. – Я его давно на засахаренные фрукты приманила. А дракон твой любит сандаловое благовоние.

То-то я заметила, что няня капает сандаловое масло на угли. Еще удивлялась – с чего.

— Спасибо тебе. Правда. За все, – голос дрогнул, и я порадовалась тому, что вокруг темно, и не видно моих заблестевших глаз. – Обещаю, буду осторожна. Мы вернемся к ночи. Не жди. Ложись спать. И обязательно поешь.

Мы снова обнялись.

Лодка глухо стукнула о причал, и староста позвал меня шепотом:

— Гу Линь Юэ, пора.

Мы деревня заговорщиков во главе со старостой и его сынком. Наша поддержка – трое старейшин. Ну и я… Юридический консультант. Три дня сидела за книгами, выстраивая защиту в суде. Выступать мне нельзя, но подсказать смогу, да и бумагу проверю перед подписанием. А то над деревенскими любят поиздеваться и обокрасть заодно.

Словом, я тайный адвокат деревни. Рискованно, конечно. Но решение принято.

Я вытянула ноги в лодке. Мерный плеск воды, шлепки весла и трепыхание паруса убаюкивали, и я прикрыла глаза, задремывая в разливающейся вокруг серости раннего утра.

В голове сам собой зазвучал голос старосты:

— Грабители! Воры! Свиньи головы! Обокрасть нас решили. По миру пустить!

И он рухнул на скамью, рядом засуетилась жена с мокрым полотенцем в руках.

Я же читала, всученное мне дрожавшей рукой письмо от Земельного Ведомства, тихонько офигевая от того, что захват бизнеса существовал и здесь, причем с полного попустительства властей.

— Мы двадцать лет налоги платили, землю обрабатывали, а они вдруг заявляют, что земля двадцать лет принадлежит им, – стонал староста, покачиваясь и обхватив голову ладонями.

Они – это подавшая на нас в суд деревня Цзинь. Нацелились соседушки не абы на что, а на лучший участок рисовых полей южнее холма Тайлин, общей площадью 112 му. Большая часть деревни кормилась с него. Но кому-то стало завидно…

— Надо идти в суд, – спокойно подытожила я, складывая письмо. – Я подготовлю прошение. Посмотрю, что еще можно будет сделать. Нужно поговорить со старейшинами, чтобы они не путались в показаниях.

— В чем? – шепотом переспросил староста, глядя на меня с надеждой.

— В своих ответах, – пояснила я, понимая – легко не будет. Местные часами могли рассуждать о погоде, урожаях, скотине, духах предков, а вот дать показания в суде… Хорошо, если пару слов связать смогут.

— Ты же поможешь? Выступишь за нас? – попросила вдруг жена староста, и я заморгала. Предложение было логичным. Деревня могла выставить любого жителя, окромя старосты и старейшин, ответчиком в суде. Могли и кого из ученых нанять, если деньги были. Но я…