Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 71 – Дия Семина

— Вы несносный! Всё равно, Анна под домашним арестом. Выходить может только в сопровождении родных или нового жениха Модеста Андреевича. Таково условие Орловых!

Марья фыркнула, резко развернулась и ушла к себе.

А я внезапно получила союзника в лице отца. Кто бы мог подумать, но это намного лучше, чем никого.

Мамаша старательно зачистила периметр, удалила няню, запугала служанок, но отца запугать она не посмеет.

— Спасибо, отец! — с трудом произнесла это слово по отношению к совершенно чужому человеку, и понимаю, что им движет скорее меркантильный интерес, чем любовь к дочери. Но я сейчас рада даже этой помощи. По крайней мере, смогу уговорить его время от времени ездить на фабрику и передавать информацию, а потом и проект по развитию.

— Закрутила ты, дочь! Закрутила. Но даже семечки щёлкать надо. Тут уж не попишешь, впряглась в авантюру – крутись.

— В авантюру?

— Ну а как это ещё назвать? Авантюра и есть.

Так и не уточнив, что он имел в виду под словом «авантюра», мои романтические приключения или работу на фабрике. Обречённо махнул рукой, развернулся и ушёл к себе, а я попала в заботливые руки горничной. Завтра день, когда мне сделают предложение века, а я выгляжу чуть лучше дикарки: голова не мыта, ногти не обработаны, платье не выбрано…

— Госпожа, Марья Ивановна велели вас будить! — горничная осторожно прошептала, не подходя близко к кровати, видимо, чтобы не получить подушкой от меня, то есть от Анны, которая порой бывала резкой со слугами.

— Да, конечно! А который час?

— Без четверти восемь. Сейчас завтрак, а после все силы велено бросить на спасение вашей красоты.

Вздыхаю, понимаю, что это нужно делать в любом случае, я не «мужичка», как сказала Марья, да и мало ли чем грядущий день обернётся.

Поймала себя на мысли, что единственное, чего я по-настоящему хочу – это оказаться на фабрике и провести этот день с Савелием. Чтобы максимально эффективно проработать наш план по развитию. Прям руки чешутся…

Пока я в заторможенном состоянии мечтаю о трудах праведных, девушка помогла мне накинуть красивый халатик, и пройти умываться.

— Прости, напомни, как тебя зовут.

— Глафира. Я ваша горничная. А вы прям всё забыли?

— Да, прям всё. И возможно, даже какие-то обиды и недовольство. Так что всё с самого начала.

— Мной вы всегда были довольны, — девица не промах, сразу сообразила, какую выгоду можно получить от забвения.

— Вот сейчас и проверим, — улыбаюсь, глядя на неё через отражение в зеркале. Нет, не смутилась! Видать и правда хорошо свою работу знает. — Начнём с рук, потом волосы и наряд.

— Как скажете, а причёску какую обычно, шишку и один игривый локон?

— Нет, сделаем локоны, и небольшую шишку в греческом стиле, грех прятать такое богатство в шишку.

Не знаю, поняла она про греческий стиль или постеснялась спросить, но работа закипела. Через час мои ногти засияли, лака в этом мире нет, но есть специальная натуральная смесь для полировки, с приятным запахом и без агрессивного воздействия. Даже так ногти выглядят потрясающе. Но Глаша на этом не остановилась.

Достала книжечку, и в ней обнаружились тоненькие листочки золотой потали.

Творческий процесс захватил даже меня. Тончайший слой клея на ноготь, потом очень осторожно тонкой палочкой приклеивается позолота, а излишки удаляются, потом снова полировка. Я не знаю, как у неё получилось сделать всё настолько аккуратно, но мои ногти засияли золотом, как церковные купола. Если бы не любопытство, то я бы не согласилась на такой вычурный дизайн. Но процесс заворожил, расслабил и заставил улыбнуться.