Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 11 – Дия Семина

Мои щёки краснеют, руки-ноги снова ледяные, кажется, долго ждать приступа не придётся. Я в шаге от него.

Записку от Орлова принесли вчера…

Вот Аню и протрясло, триггер сработал, она, видать, действительно любила графа, тогда всё намного хуже.

Знать бы, что я в этом теле надолго.

Как решиться-то?

Набираю воздух в лёгкие и решаюсь:

— Я могу написать расписку, у нотариуса заверить, если уж на то пошло.

— Какую расписку? — спросили хором все присутствующие, но с совершенно разными интонациями.

— Расписку, что я не хочу разводиться с Савелием Сергеевичем, но, естественно, если он не превратится в домашнего деспота. Остаюсь с ним, жить-поживать и добра наживать. Потому что ничего не помню, и, видимо, не хочу вспоминать. Кроме того, если из-за меня случится дуэль, то я себе этого не прощу.

В гостиной повисло тягостное молчание, как пресс придавил.

Все задумались.

Только в этот момент, я заметила, что мамаша делает мне какие-то знаки, и очень сердитые, подмигивает и кивает, требуя уединиться, пока я не сказала лишнего. Но я уже всё сказала, переигрывать и подыгрывать не хочу.

— Ну что же, дочь! Я в целом не против, если твой муж даст такое же обещание, по сути, я затем и приехал, чтобы примирить вас. Уж матушка сегодня как чувствовала, с утра тормошит, мол, поедем к дочери, неладное чую. А тут и правда, трагедь. Ну так как, Савелий Сергеевич, по рукам? Расписки?

— Брачный договор, это называется, — вставляю свои пять умных копеек.

А у самой вдруг закралось ужасно неприятное подозрение.

Пока муж молчит, обдумывает, я вдруг поняла, что послать за родителями он и не успел, а они примчались и сразу торговаться. А теперь ещё мимика мамаши, уж не она ли причина этих пошлых инсинуаций с Орловым.

Вот это будет номер.

Поспешно делаю ещё один шаг ближе к мужу, чтобы он понял, что я на его стороне, и принял верное решение, иначе чую, не больница мне светит, а ссылка на Кавказ с каким-то там Орловым.

Савелий очень долгим взглядом посмотрел мне в глаза, словно спросил, правда ли я решила выбрать его? Осознанный ли это выбор?

Киваю.

— Я принял решение, но боюсь, оно вас очень удивит…

— Да куда уж больше, сегодня прям удивительный день, дожить бы до вечера, — проворчал папаша и платочком вытер пот со лба.

Савелий снова смотрит на меня и задаёт вопрос, от которого мой рот сначала открылся, а потом закрылся от удивления:

— Фабрика или мельница?

— Что? При чём тут фабрика или мельница, мы же про брачный договор? — пытаюсь вернуть сумасбродство мужа в русло адекватности. Он всё портит, я же только что спасла его от фактического разорения и потери части бизнеса.

— Что выбираешь? — настаивает, стоит как индюк упёртый, и что ты с ним будешь делать.

— Тебя! — отвечаю, не задумываясь.

— Это понятно, но недостаточно. Так что ты выбираешь, мебельную фабрику или мельницу? Ты же сказала, что можешь руководить людьми, вот и предоставляю тебе шанс, больше не падать в припадке от скуки. Работа — лучшее лекарство. Так, что выбираешь?

Выдыхаю, ах он в этом плане…

— Смотря какие условия? — игра началась, ну а что, я всегда рада хорошему розыгрышу, мы ведь папашу жадного разыгрываем, ведь да?

Ему понравился тон моего вопроса.

— Год на руководящей должности, если хотя бы на процент увеличишь прибыль, против моих скромных результатов – подарю тебе. Но помощи не жди. Как только сдашься, то станешь покладистой женой, и никогда больше не заикнёшься о всяких там разводах, если сделка не устраивает, то вон порог, уезжай к родным. Разведёмся, и год я буду выплачивать содержание, а потом между нами всё закончится навсегда.