Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2»
|
Через несколько часов эти обязанности по уходу лягут и на мои плечи. Вот такая жизнь, нет романтики, а сразу суровые испытания. А когда-то я пеняла Дмитрию, что у нас слишком много романтики, а до серьёзных отношений дело не дошло. Рекомендации типичные, фактически «ни о чём», рану перевязать я приглашу нашего лекаря-знахаря, его чудодейственные мази в разы лучше работают, про корсет и режим жизни, спрошу у великого доктора, только бы граф не забыл и направил его к нам. Ещё, надеюсь, что Склифосовский подтвердит диагноз знахаря про гематому в голове после инсульта. Вообще чудо, что я в этом теле и живая. Ещё один момент заставил задуматься, как настойчиво Лидия решила избавиться от родного брата. Кто-то её надоумил? А какой смысл? Хотя нет, смысл есть, всегда есть смысл – элементарная человеческая жадность. Сава её лишил всего и получил ответку… — Эй, Голос, чего молчишь? Самое время для пояснительной бригады В шутку обращаюсь к «Голосу» и внезапно получаю ответ, слишком уж человеческий: — Тебе же не нравится, не нравится наши речи, ты их гонишь от себя… Прошелестел невидимый собеседник, и я уловила, что он мужской. Но образа так и не вижу. — Ну с чего ты взял, просто не привычно, а если это биполярное расстройство? Не каждый день вот так дельный совет можно услышать от магического голоса. — У нас нет договора, я просто отплатил, отплатил тебе за спасение, наше спасение из тьмы. Здесь много лучше, не так ужасно. Ты сильная, смогла вырваться… Сиду и, мягко говоря, офигеваю. Я помогла этой тени вырваться из того серого пространства, где зависала непонятно сколько времени после смерти? — Значит, ты всё знаешь? Решила не обращать внимания на откровенный намёк о договоре, пока только разведать, какого «друга» по интересам я себе подцепила, пока шлялась между мирами. — Не всё, только то, что в доступе, но могу узнать, копнуть, пошарить, подслушать. Для этого нужен договор. Договор или ничего… — Понятно, ладно, раз ты вырвался, то свободен, я тебя не держу. Откровенно издеваюсь, потому что сама чувствую, что мы с этой непонятной субстанцией связаны. — Как же не держишь, я теперь помощник, помощник твой, помощник… Договор нужен, договор… — Ну да, конечно, продать душу дьяволу? — Это другое, другое. Я продаюсь, продаюсь на службу. Если не примешь, не примешь, я снова окажусь там, там… — А можно не повторять одно и то же по десять раз? — Со временем, со временем, я привыкну и буду говорить, говори-и-и-и-ить, буду. Мне трудно, я восстанавливаюсь… — И что с меня? Сделаю договор, а что я должна тебе за службу? — Это пропуск, пропуск в этот мир, ты становишься ведьмой. Я становлюсь твоей тенью. Я не тьма, такой же как ты неприкаянный. Смилуйся, смилуйся… Я вдруг заметила призрачную тень. Он либо иссох, либо совсем юным ушёл из жизни, жалость – вот главная женская слабость. Мне его стало очень жаль, вспомнила себя и свои скитания. — Странно, что у меня никто не спросил пропуск, и я в это теле вдруг ожила. А ты просишь у меня помощи, а называешься таким же, как я? Согласись, что это странно. — Ты по любви пришла, и сила открылась, у меня в душе любви нет, не было, я не умел, не умел любить. Потому застрял. Не нам судить, не нам. — А пробный договор можно? Если не понравится, то я тебя отпущу на все четыре стороны. |