Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2»
|
Не помню, о чём на самом деле я мечтала в тот момент, но, когда открыла глаза увидела над собой мужчину, невероятно похожего на Диму, только крепче, немного старше. Как жаль, что я сразу всё забыла и свои мытарства в тонком плане, и унизительное увольнение, и упущенный шанс, на счастье с Дмитрием. В тот момент во мне просто что-то щёлкнуло, что это он. Странный, иной, встревоженный, немного злющий, незнакомый, и такой притягательный… Тогда была только интуиция… Теперь всё иначе. Я повзрослела, немного вижу будущее и понимаю, что всё зависит только от нас самих. Мне жаль Дмитрия, но увы, он не для меня, он не мой мужчина. У него скоро произойдёт встреча с милой женщиной, и всё будет хорошо… Потому что он больше никогда не будет тянуть с предложением, никогда не будет сомневаться в своих чувствах и оправдывать нерешительность материальными, финансовыми проблемами. Нас жизнь развела, у неё всегда свои планы на каждого. И мой план, отвоевать своё счастье… — Я люблю Савелия! — стоило произнести эти магические слова, как сознание пронзила боль, но не такая, как в первый раз. Гораздо легче, теперь я понимаю, что это тяжесть тела, тяжесть реальности, а не боль в привычном понимании. Я ожила. Сейчас я вернулась осознанно в этот мир, вернулась к нему, к своему единственному мужу, с кем перестану быть красивой пешкой в чужих играх, а стану собой… — Анна, девочка моя, ты должна жить. Ты нужна нам! Савелий очнулся, он просил, умолял передать тебе, что любит. Что у него в этом мире кроме тебя ничего нет. Очнись, не пугай меня, дочь… — Всё, я с вами и гнать будете не уйду… Хриплю пересохшим голосом и пытаюсь улыбнуться потрескавшимися губами. Вот это сейчас было больно… — Уф, наконец-то третьи сутки мы за тебя молимся и боремся. А ты уж нас напугала, так напугала. Граф приезжал… — Надеюсь, вы его не впустили? Старший или младший? — Младший, сказали ему, что ты при смерти, пришлось впустить, он недолго побыл, посмотрел на тебя и уехал. Ничего не сказал. Я теперь начинаю видеть более чётко, пелена перед глазами прошла. В комнате сейчас няня, видимо, дремлет в кресле, и отец, сидит рядом и держит меня за руку. Почему-то так стало уютно и тепло. Словно я, наконец, дома среди родных людей, и всё будет хорошо. — Хорошо, что вы меня ему показали в таком виде. Ему нужна муза, дева неземная и лёгкая, весёлая, а я уже не такая. Я тяжёлая как гиря, и с этим ничего уже не поделать. Оклемаюсь и сама отвезу ему кольцо. — Значит, решилась? Выветрились из тебя маменькина дурь? Вздыхаю и едва заметно киваю. Не про графа я сейчас хочу говорить. Но боюсь узнать тяжёлую правду, что у Савелия всё плохо, я себе не прощу слабость и неуверенность, какой страдала первые дни. Но теперь знаю, почему я стала такой мямлей нерешительной. Поганец — новый хозяин агентства переломил меня через колено, как тонкий прутик. Заставил усомниться в своих силах, и я поверила. Как же не поверить, если даже на высший суд после смерти не смогла пробиться, как любая приличная душа. — Аннушка, очнулась? Супчику наваристого, а? — няня услышала наши разговоры, проснулась, и сразу о насущном. — Да, только не очень горячего, пожалуйста. — Сейчас, милая, сделаю. Куды уж тебе горячего-то, ошпариться, тёпленького, конечно же. |