Книга В разводе. Единственная, кого люблю, страница 19 – Дарина Королёва, Дана Стар

— Аня! Анна!

Никого. Ни души. Только дождь, который усиливался, и темнота, которая не отвечала.

* * *

Прошло полчаса, прежде чем я одумался, прежде чем аффект отступил и мозг начал работать. Не как у мужа, а как у Северова — холодно, чётко, по пунктам.

Я сел в машину и медленно поехал вдоль обочины, подсвечивая фарами каждый метр, каждый куст, каждую тень.

Она не могла далеко уйти. В этих туфлях, в этом платье, на этом холоде — не могла, физически не могла.

Но её не было…

Я схватил телефон, набрал номер начальника охраны.

— Немедленно сюда! Все, кто есть! Прочесать каждый камень, каждое дерево, каждый метр в радиусе двадцати километров. Моя жена пропала!

Пауза на том конце — короткая, профессиональная.

— Выезжаем, Дмитрий Сергеевич.

Я набрал её номер. Гудки. Гудки. Автоответчик. Ещё раз. Ещё. Ещё. Телефон выключен или разряжен. Она без верхней одежды — в ноябре, на пустой трассе, потому что я этого захотел.

Я набирал снова и снова. Раз. Десять. Двадцать. Пятьдесят. Каждый раз тот же автоответчик и каждый раз внутри меня что-то рвалось. Тихо. По нитке.

Охрана приехала через двадцать минут — пять чёрных внедорожников вырезали светом темноту. Люди в форме, фонари, рации. Всё, что можно купить за деньги, когда тебе страшно.

Но страх не продаётся и не покупается, он просто стоит у тебя за спиной и дышит в затылок.

Я объяснил ситуацию. Коротко, без подробностей. Без того, что я сказал ей перед тем, как она вышла. Это осталось между мной и этой дорогой.

Они разъехались, фонари замелькали вдоль обочины. Рации шипели, а я сидел в машине и ждал. Я, человек, который никогда в жизни не ждал, которому все приносили результат, которому мир подчинялся по расписанию.

Сейчас я сидел в тёмной машине, на мокрой дороге, и ждал.

И мир не подчинялся…

* * *

Телефон зазвонил. Мать.

Я посмотрел на экран, её имя светилось, как светится предупреждение на приборной панели — тот сигнал, который нельзя игнорировать, но от которого ничего хорошего не жди.

Я ответил.

— Дмитрий, мне звонила охрана, что происходит?

— Анна пропала. У нас был конфликт... Она вышла из машины и пропала.

Пауза. Я знал, что в этой паузе мать не переживает, она калькулирует, просчитывает последствия, прикидывает, как это повлияет на репутацию.

— Где это произошло?

— На трассе, за городом.

— Господи, Дмитрий... — вздох, отработанный до миллиметра. — Послушай меня! Возвращайся домой! Полиция и наши люди с этим разберутся, я уверена, что она найдётся, просто решила тебя проучить. И знаешь, я такого не одобряю — это манипуляция чистой воды!

Манипуляция. Моя жена стоит где-то на холоде одна, а мать называет это манипуляцией…

— Когда она вернётся, с ней обязательно нужно провести беседу. Хотя, признаюсь, я не ожидала от неё такого, это совершенно не в её стиле. Анна рассудительная, сдержанная. Именно поэтому она мне и нравилась. Никогда не задаёт лишних вопросов, умеет держаться на людях, к ней все тянутся. Все только о вас и говорят, о вашей паре. Она украшение нашей семьи. Наша изюминка.

Она говорила об Анне как о вазе, как о предмете интерьера, который удачно вписался в гостиную.

— Но даже самые дорогие и красивые бриллианты, — мать понизила голос, — бывают с браком. Ты понимаешь, о чём я, сынок…

Что-то внутри меня щёлкнуло. Тихо, как взводят курок.