Книга Медсестра. Мои мужчины – первобытность!, страница 5 – Наташа Фаолини

Только спустя много лет я поняла, что меня обманули. Хорошая жизнь строится не вокруг тех, кто ее боится, а в руках людей, которые сами хватают ее и лепят то, что хотят. Вот почему мозги появляются только когда исчезает большая часть красоты юности?

Иногда мне казалось, что попади я в тело молодой девушки, как в фэнтези книгах, да со своим опытом — могла бы влюбить в себя самого короля, и под шумок вывести в лес старую королеву.

Конечно, мой шанс был давно упущен, но я думала, что прожила свою жизнь в любви. Как вы уже знаете, я ошибалась.

Сколько тысяч, миллионов женщин ошибалось вместе со мной? Лучше бы на кострах сжигали не ведьм, а неверных мужчин.

Именно поэтому мои щеки краснеют, когда я стою перед двумя большими, мускулистыми и чуть возбужденными мужчинами, которые не похожи на Толика, даже если представить у них над губами реденькие седые усы, которые я ненавидела и всегда просила сбрить.

На размер Толикового поршня мне всегда было все равно. Я всю жизнь, смолоду боролась за то, чтобы меня, не дай бог, не назвали фригидной, поэтому в моменты близости с мужем пыталась что-то стонать, извиваться, делать вид, что он невероятный любовник.

Хотя, на самом деле, мне было больно, а когда не так — то было все равно.

Я так боялась, что кто-то узнает — на самом деле секс мне неинтересен. Я могу жить годами и без него, потому что каждый раз — как на жертвенном алтаре, где я немножечко приношу в жертву себя саму.

Близость между мужчиной и женщиной мне была интересна только в книгах, где на обложках мускулистые мужчины обнимают барышень в бальных платьях. От строк я всегда возбуждалась больше, чем от слюнявого шепота Толика.

Да и как тут хотеть большего, когда приходишь с работы, готовить поесть, стираешь, моешь, драишь, заботишься о детях, а он выпил пятьдесят грамм и сидит красавец с осоловевшими глазами, уже ждет.

Часто на его месте мне приходилось представлять героев из книг, чтобы хоть немного возбудиться. И то не в угоду Толику. Чтобы мне самой было проще.

Но сейчас… это тело реагирует не как мое. Хотя, может, дело не в теле, говорят же, что все начинается в голове. Они просто выглядят, как моя давняя мечта, если бы их еще отмыть…

Когда смотрю на этих двоих, на их широкие плечи и сильные тела, чувствую, как между бедер появляется жар.

Прижимаю руки к груди в странном жесте, пытаясь скрыть очертания возбужденных сосков. Дышу быстро и глубоко, чтобы успокоиться.

— Хотите, чтобы я вас мыла?

Они оба кивают.

— Тогда бегом в воду! — говорю, уперев руки в боки.

Мужчины переглядываются и как-то даже синхронно заходят в озеро, пытаясь обогнать друг друга и показать мне, что не боятся холодной воды.

Я наблюдаю за ними со стороны и, когда взгляд сам собой опускается на их круглые, загорелые ягодицы, щеки немного вспыхивают. А потом я фыркаю. Потому что воспитала детей, потом нянчила внуков. Я задниц в своей жизни видела много.

Но, конечно, эти не сравнятся с обвислым экватором Толика.

Тяжело вздохнув, оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти хоть что-то, чтобы вымыть их, потому что одной воды будет мало, грязи на них налипло много.

Как и ожидается, вокруг нет ничего подходящего, ни бруска мыла, ни геля для душа, даже несчастного мыльного корня. Что уж говорить о полотенцах…