Книга Медсестра. Мои мужчины – первобытность!, страница 10 – Наташа Фаолини

Моё дыхание учащается. Каждый вздох становится глубже, громче, сливаясь с их дыханиями. Сердце стучит в такт прикосновениям. Я чувствую, как они обоими телами окружают меня — не запирая, а оберегая.

Рив наклоняется к моей шее, его губы касаются кожи сначала осторожно, почти невесомо. Он словно пробует вкус моей дрожи. Вар отвечает, прижимая меня ближе, его грудь — горячая, твердая — ощущается сбоку от меня.

Его губы находят моё ухо, шепчут неразборчиво и хрипло, но голос его сам по себе уже пламя.

Мои руки сами находят путь — одна ложится на грудь Рива, чувствуя, как под ладонью напряжены его мышцы. Другая — на шею Вара, кожа там горит. Оба тихо замирают, позволяя мне решать ритм, направление, глубину.

Их прикосновения становятся смелее. Пальцы скользят по талии, вдоль рёбер, сплетаются с моими. Губы находят губы, сначала одни, потом другие — и я уже не знаю, чей вкус на моих губах, чьё дыхание слилось с моим. В этом танце нет слов, только тепло, желание и глубинная близость.

Пещера кажется уже не каменной, а живой. Стены пульсируют светом от костра, тени пляшут, словно древние духи, благословляющие этот союз.

Мы падаем — не в землю, а друг в друга. В тепло, в инстинкт, в принятие. Их тела обнимают меня с двух сторон, кожа к коже, сердце к сердцу. В этом нет грубости — только мощь. Мощь желания, которое не требует обещаний, только момента, полного и вечного.

Я теряюсь во взглядах, во вкусах, в ощущениях. Нет границ, нет страхов. Есть только мы трое, и мир, сузившийся до прикосновений, дыхания и чувства быть желанной — даже не единожды, а дважды, всеми частями своей души.

Я протягиваю руки, обвиваю шею Рива, притягивая его ближе, чувствую, как его тело напрягается, отзываясь на мой жест.

Его дыхание горячее, грудь касается моей, а пальцы уже скользят по спине, исследуя каждый изгиб, словно запоминая их наощупь.

Я прижимаюсь всем телом, чувствуя, как его возбуждённая плоть упирается в меня сквозь одежду — твёрдая, пульсирующая, настойчивая.

Вар не отступает — его ладони, уверенные, властные, поднимаются по бокам, обхватывают талию, груди, и прижимают меня к себе, запечатывая между ними.

Между нашими телами нет уже ничего — ни воздуха, ни границ, только пульсирующее тепло и движение. Они действуют в такт, как две стихии — огонь и камень, и я в самом их центре, расплавленная, трепещущая.

Рив склоняется к моей груди, его губы жадно ищут кожу, язык медленно скользит вокруг соска, вызывая дрожь, будто волна проносится сквозь всё тело. Его пальцы крепко держат мои бёдра, будто боятся отпустить, и в этом прикосновении — всё: желание, нужда, сила.

Вар сзади — плотный, горячий, дыхание его разгорается, как угли у шеи.

Его пальцы пробираются ниже, вдоль внутренней стороны бедра, туда, где кожа горит от нетерпения. Его рука задерживается там, двигаясь медленно, сдержанно, смакуя момент. Он шепчет что-то грубое, хриплое, слова растворяются в жаре, но я чувствую их смысл каждой клеткой.

Его грудь давит в спину, его возбуждение — напряжённый, едва сдерживаемый поток, что готов прорваться.

И в момент, когда его руки смыкаются на моем животе, он тянет меня ближе к себе и врывается в меня своей каменной плотью.