Книга Шелковый хаос, страница 105 – Фэя Моран

Завтра мое сердце должно будет совершить подвиг. Или окончательно сдаться.

Анархия

Я стояла посреди сада, который на моих глазах превращался в нелепую декорацию для «счастливого завтра», и пыталась внушить себе, что не нервничаю.

Такое было со мной впервые.

Я не нервничала на самых опасных заданиях от отца или когда помогала Эррасу с делами его Дома… Но сейчас, перед предстоящим днем, нервничала.

Все это время мне казалось, что происходящее не такое уж и реальное. Что это просто очередная шахматная партия, сухая сделка, закрепленная парой подписей и формальным рукопожатием. Что в любой момент я смогу развернуться и уйти, если правила игры изменятся. Но вид этих белоснежных шатров, вбитых в землю с такой основательностью, будто они собирались стоять здесь вечно, лишал меня этой иллюзии.

Я посмотрела на свои ладони в перчатках, пока внутри, где-то за солнечным сплетением, ворочалось скрежешущее предчувствие.

Меня пугал не сам факт замужества и даже не перспектива войти в семью, которую я в какой-то степени винила в гибели мамы. Меня пугало то, что Деймос, этот вечно паясничающий шут, стал для меня загадкой, которую я не могла разгадать. А в моем мире все, что нельзя просчитать, представляет смертельную угрозу.

Я взглянула на Инес. Она наблюдала за мной, и в ее глазах, как мне показалось, возникло нечто похожее на немую мольбу. Она словно хотела меня о чем-то попросить.

И внезапно…

— Ты ведь не сделаешь ему больно?

Я усмехнулась.

— Нет, я серьезно, – добавила Инес. – Просто все так далеко заходит и… Он мой брат. Единственный. Я очень люблю его. И очень боюсь за него.

Ее слова прозвучали довольно странно с уст этой вечно улыбчивой девушки.

— Боишься? – Я приподняла бровь. – Твой брат – наследник одной из самых влиятельных семей, которого оберегают как зеницу ока. К тому же, по нему и не скажешь, что он хоть как-то боится получить пулю в лоб.

Инес покачала головой.

— Я боюсь, что он… не рассчитает свои силы. – Она тщательно подбирала слова, будто шла по минному полю. – Деймаки из тех людей, кто будет стоять до последнего. Просто… Если завтра, во время службы или здесь, в саду, ты заметишь, что он стал слишком тихим, или что он… застыл… Пожалуйста, не принимай это за равнодушие. И не злись на него. Просто дай ему руку. И помоги ему удержаться.

Ее голос дрогнул на последнем слове.

Я нахмурилась.

— Ты говоришь о нем так, будто он сделан из стекла.

— Он не из стекла. – Инес грустно улыбнулась. – Он просто… слишком живой для этого мира. Понимай как хочешь. Но постарайся.

Что это были за загадки? Меня начинало это нервировать. Но прежде, чем я успела вставить слово, Инес развернулась и ушла к дому.

Я осталась стоять у фонтана, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение. Я никогда не любила подобные недоговоренности.

Чуть позже я направилась к дому. Внутри виллы царила искусственная прохлада кондиционеров.

— Анархия?

Прозвучавший женский голос вынудил меня притормозить у лестницы и отступить на пару шагов назад. Это была Метаксия Аргир. Она стояла в дверях малой гостиной, мягко освещенной солнцем, в домашнем, но при этом элегантном платье.

— Подойди сюда, пожалуйста. – Она сделала приглашающий жест рукой. – Давай поболтаем.

Я замялась лишь на секунду, но почти сразу послушалась и вошла в гостиную.