Книга Шелковый хаос, страница 104 – Фэя Моран

Она прищурилась.

— Прекрати.

Я рассмеялся.

— О, сладкая, у меня просто предсвадебный мандраж. Или, может, твоя красота буквально останавливает мне кровь.

— Иди к черту, – почти беззлобно бросила Анархия и снова взялась за омлет.

Я смотрел на нее и думал, уйдет ли она, когда узнает обо мне то, что от нее скрывает моя семья? Или, что хуже, останется ли, чтобы стать моим телохранителем не от пуль, а от самой жизни?

* * *

Инес сидела в саду, когда мы вернулись домой. Она радостно поприветствовала нас, вскакивая с плетеного кресла, заваленного атласными подушками. В руках сестра держала книгу, но, судя по тому, как быстро она ее отбросила, Инес поджидала нас все это время.

— Ну наконец-то! – Ее звонкий голос эхом разнесся по ухоженным дорожкам виллы. – Я уже начала думать, что Анархия зарезала тебя прямо за десертом, Деймаки.

Подлетев к нам, она обняла меня. Я почувствовал, как ее ладони специально скользнули под пиджак и на мгновение задержались у меня на лопатках. Инес всегда так делала, когда хотела проверить, не слишком ли горячая у меня кожа, не дрожу ли я и не сбито ли дыхание.

— Как видишь, я все еще жив, – усмехнулся я. – И даже почти не ранен.

Инес перевела взгляд на Анархию. Та стояла чуть поодаль, прямая и непоколебимая, как статуя, идеально вписываясь в строгую геометрию нашего сада.

— Рия, выглядишь просто потрясающе! Мне не терпится увидеть тебя в свадебном платье.

— Благодарю, Инес, – коротко ответила Анархия.

Задний двор сегодня напоминал кипящий муравейник, облаченный в ослепительно белый шелк. Десятки рабочих в форменных жилетах суетились под палящим солнцем, возводя шатры и украшая арки гирляндами из живых белых роз и лилий. Запах цветов был настолько густым, что от него начинало уже подташнивать.

— Красиво, правда? – Инес обвела рукой сад. – Все будет по высшему разряду.

Завтрашний день наверянка уже был расписан у мамы по минутам. Сначала венчание в соборе для журналистов и людей вне семьи, а после – здесь, в тени этих самых шатров, начнется роскошный прием для своих.

Анархия обернулась, окинув взглядом подиум, который обтягивали белоснежной тканью.

— Слишком много белого, – сухо заметила она. – Похоже на операционную.

Я невольно сглотнул. Сравнение попало в самую точку. Для меня все это великолепие тоже отдавало больничным холодом. Белые цветы, белые скатерти, белое платье, которое ей завтра наденут…

— Это традиция. – Инес попыталась разрядить обстановку, подходя ближе к невесте. – Как православной семье, для нас важно, чтобы все было правильно. Венчание в соборе это… это серьезно. Мама хочет, чтобы это было именно так.

— Мне кажется, все белое только для того, чтобы моя милая невеста не смогла тайно проткнуть меня своим ножичком. Кровь будет сложно скрыть.

Инес рассмеялась, а Анархия закатила глаза.

— Что ж, пойду переоденусь, – произнес я, обводя взглядом свой эпатажный наряд. – Мне нужно… проспаться.

Анархия выгнула бровь в удивлении. Но вот сестра понимающе кивнула.

Не дав и шанса на лишние расспросы, я пошел к дому, стараясь не смотреть на рабочих. Каждый удар их молотка, вбивающего сваи для сцены, отдавался в моей груди болезненным эхом.

Завтра мне придется выстоять долгую службу в соборе, держать невесту за руку, улыбаться сотням гостей и танцевать.