Книга Любовь как приговор, страница 154 – Татьяна Кравченко

Контраст ударил физически, едва они переступили массивные бронзовые двери. Гул оживленного офиса обрушился на уши – беспрерывный звон телефонов, стук клавиатур, голоса сотен людей, спешащих по зеркальному мрамору холла. Мужчины и женщины в безупречных деловых костюмах, озабоченные секретарши с гарнитурами, охранники у турникетов – картина самого обычного мирового небоскреба. Но Элиана вдруг остановилась, едва слышно втянув воздух. Смесь. Острая, живая кровь людей... и холодный, металлический оттенок вампирской сущности, пронизывающий все этажи.

— Люди... работают на вампиров? – тихо спросила она, не поворачивая головы к Мариусу, взгляд скользил по суетящимся фигурам с холодным любопытством хищника.

Тот кивнул, идя чуть впереди, расчищая путь незримым полем власти.

— Да. Все здесь. Они знают. Служат. Ждут своего часа в очереди на вечность. Или просто хотят выжить под крылом силы.

Они шли сквозь холл. И тут началось. Волна тишины опережала их шаги. Голоса затихали, телефонные разговоры обрывались на полуслове. Люди замирали, уставившись. Секретарши бледнели, роняя бумаги. Кто-то резко отшатнулся, едва не вскрикнув. Шепот понесся за ними следом, нарастая, как шум прибоя:

"...Это ОНА... Говорят, крылья черные..."

"...Мариус... Сам Мариус... Правая рука Господина..."

"...Что в коробках? Бомбы? Оружие?.."

"...Не смотри прямо, с ума сошла..."

Вид действительно был сюрреалистичный: Неприступный Мариус, чьим одного взгляда боялись старейшие вампиры, шел по мрамору делового центра с двумя огромными, нелепо яркими коробками от тортов в руках. А за ним – легендарная вампирша с крыльями, чье лицо могло бы высекать лед, источая ауру холодной ярости и нечеловеческой усталости.

Они достигли лифтов из полированной стали. Двери бесшумно разъехались перед ними, словно чувствуя приближение власти. Мариус шагнул внутрь, пропуская Элиану. Она вошла, ее взгляд скользнул механически по зеркальным стенам, отражавшим ее бледное лицо и яркие пятна коробок в руках Мариуса. Он поднял руку и нажал кнопку – самый верхний этаж. Двери закрылись, отрезая гул нижних этажей и сотни испуганных взглядов. Лифт понесся вверх в глухой, напряженной тишине.

Лифт открылся. Перед ними – небольшая, роскошная приемная в стиле ар-деко. За массивным мраморным столом – секретарша. Молодая вампирша, лицо бледнее обычного, глаза – широкие блюдца испуга и полной растерянности. Она лихорадочно стучала пальцем по экрану телефона, прижимая трубку к уху, отчаяние читалось в каждой черте. Увидев Мариуса, она буквально взвилась со стула:

— О, Мариус! Слава Тьме! У нас тут... – ее голос сорвался, – такой переполох! Старейшины уже собрались, как шторм! Вы не знаете, где господин Маэлколм? Его никто не видел с вечера, телефоны...

И тут ее взгляд упал на Элиану. Слова застряли в горле. Растерянность сменилась шоком, почти благоговейным страхом. Она резко выпрямилась, сложив руки перед собой в неестественно почтительном жесте:

— Г-госпожа Эл... Э... Элиана! – выдохнула она, глубоко кланяясь, избегая встретиться взглядом.

Заметив, куда они направляются (к огромным, двустворчатым дверям из черного дерева с инкрустацией серебром, ведущим в Зал Совета), секретарша бросилась вперед. Она распахнула тяжелые двери с усилием, пропуская их.