Онлайн книга «Русалочка с Черешневой улицы»
|
— Пусть готовится! — донёсся приказ из-за шторы. Вот так обслуживаем клиента. Хорошо, хоть музыка чуть приглушает его крики. — Заходи сюда, — указала Даша на штору, за которой была маленькая студия. — Куртку вешай на крючок у зеркала, садись на кресло. Да, расчесаться не забудь. Брови и виски должны быть видны. Улыбаться можно, но только слегка и без зубов. Солнцев Эрик. М-да. Так и хотелось процитировать Матроскина: “это фамилие такое”. Покачав головой, Дашка села клепать фотки “10х15 мат” на печать. Ильич съест, если она их не напечатает. И — да — ещё надо его как-то будет умаслить после испорченного ватмана. Эрик Солнцев. Свезло же со встречей на тропе жизни… Ильич вышел с фотоаппаратом на груди. — Что делаем? — Паспорт, четыре, — сообщила Даша, не отрываясь от экрана. — Ага, биометрика… — пробормотал шеф и вошел в студию. — Спину ровно, смотрим прямо… Подбородок чуть выше… Щелкнула вспышка. — Готово! Через пятнадцать-двадцать минут можно забрать. — Мы живем с Дашей вместе, я дома у нее заберу, — донесся голос Эрика. — О-о, — с интересом протянул до сплетен охочий Ильич. Фейспалм. Не было печали. — Кстати, не могли бы вы на Дашу не кричать? — добавил Солнцев приятностей. — Она очень впечатлительная, потом дома до рукоприкладства доходит… Решка вскочила и врезалась в ксерокс — коленки не выдержали нагрузки. — Никто ни на кого не кричит, молодой человек, — отбрил Ильич. — Всего доброго. Мимо Даши он прошел, лишь бросив косой многообещающий взгляд. Даша схватила тряпочку и стала протирать ксерокс, а взгляд отзеркалила в сторону выходящего из студии Эрика. — Принеси вечером, пожалуйста, — улыбнулся он с порога и вышел. Да он издевается! Так и тянуло заорать “Солнцев! Ты негодяй!”. Но ввалился дедок с тросточкой и папкой документов. — Здравствуй, голубушка, — прошамкал он и бухнул папку на прилавок. — У меня снова проект… От бумаг пахнуло влагой и немытым телом. Прелести профессии. Дедушка — постоянный клиент, и она застряла с ним на полчаса: сейчас он будет долго сочинять текст, корректировать, как его набрать, распечатать, а потом будет торговаться до посинения… И Ильич отчитает, что она собирает очередь. * * * — Даша, почему в магазине грязь? — указал на свежие следы Ильич. Даша вытянула шею — из-за высокого прилавка и не видно. А ко дню мороз растаял, оттепель пришла. — Простите, Михаил Ильич, не заметила, но это недавно. — Не заметила она… За чистотой надо следить, это первый пункт в правилах обслуживания магазина! — началось. Спуск пара. Хорошо, хоть новый ватман напечатался без полосок. — Своего ухажёра только и видишь, небось. Печать бракованная, полы немытые, мат не пущен… Он был еще долго причитал — любил это дело, но Решка не выдержала: — Так мне мыть пол? За этим нужно было уйти в подсобку, наполнить ведро, взять швабру… И прервать диалог. Монолог, в большей мере, но он же к ней обращается как бы. — Ну, конечно, я же сказал! — всплеснул руками Ильич. — Или мне прикажешь? Ох, как низко пали наши нравы… Решка, прилагая все силы, чтобы не лопнуло терпение и не хромали ноги — честь не позволяет — подставила ведро под струю воды в кране. — С горячей! — крикнул Ильич, настигая ее возле санузла и щелкая кнопкой электрочайника. — И с моющим! Эх, дай я сделаю… — сердито отодвинул он Решку, и она едва не свалилась на стену. — Как парня-то такого отхватила, рассказывай? |