Книга Попаданка в 1812: Выжить и выстоять, страница 123 – Лилия Орланд

— Кати, ещё ведь не Рождество? Снега совсем нет, – сделала логичный вывод малявка.

— Не Рождество, – согласилась я. – Но это не помешает нам порадовать себя.

— Мадмуазель Лебо говорила, что сладости можно есть только по праздникам, – заявила Маруся с умным видом.

— Мадмуазель Лебо была права, – согласилась я.

При этих словах у Василисы вытянулось лицо. За прошедшие дни она уже привыкла есть с нами за одним столом одни и те же продукты, поэтому рассчитывала попробовать сладости. Малявка тоже смотрела с разочарованием и явно думала, что не вовремя решила применить полученные от гувернантки знания.

Однако я не собиралась мучить девчонок, да и себя тоже.

— Кто нам помешает устроить сегодня праздник?

— Какой? – Маруся тут же воспрянула духом.

— Я получила первое жалованье, и это стоит отпраздновать.

Я вернулась к поддёвке, чтобы достать из кармана деньги, о которых совсем забыла. Положила на стол три ассигнации и монеты.

— Оно небольшое, но не стоит переживать, мне предложили подработку по выходным.

Я улыбнулась девчонкам, стараясь не показывать, как сильно расстроена размером жалования. К тому же в настоящий праздник настроение должно быть праздничным.

— Василиса, ставь чайник.

— Может, сначала поужинаем, – тихо поинтересовалась она. – Мы вас ждали, не ели.

— Точно, сначала поужинаем, а потом будем пить чай с вкусняшками.

Это решение поддержали единогласно.

А я поднесла к лампе листок, вложенный в посылку.

«Сіе есть подкупъ вашей дочери, дабы она убѣдила васъ принять мое предложеніе».

Подпись отсутствовала, но и без неё всё было понятно. Лисовский устал ждать и прислал напоминание о себе. Надо сказать, весьма красивое напоминание. И вкусное.

Мы попробовали всего понемногу. Только шоколад, оказавшийся слишком горьким и насыщенным, не впечатлил ни одну из нас.

— Вась, может, вы завтра купите немного муки и испечёте кекс? Добавить туда сухофруктов, из шоколада сделать глазурь, получится вкуснятина.

Василиса неожиданно смутилась и опустила взгляд.

— Катерина Павловна… – начала она. Я сразу поняла причину её заминки.

— Тогда я испеку в свой выходной и научу тебя, договорились?

— Договорились, – Вася улыбнулась и начала убирать со стола.

После того как Петухов снял швы и велел ей разрабатывать руку, Василиса полностью взяла на себя наш быт. Носила воду, стирала, готовила. А ещё перешивала старые вещи, превращая их в добротные платья. Допустим, на бал в таких не пойдёшь, но в госпиталь надеть вполне себе можно.

Мне оставалось только зарабатывать деньги на продукты и нитки с иголками.

И раз Лисовский был готов платить за одну уборку столько же, сколько больница платила за две недели тяжёлого труда, мне не оставалось ничего иного, как принять его предложение.

Подумаешь, провести пару-другую часов в его квартире. С ним наедине. Не съест же он меня. Андрей Викторович производил впечатление благородного человека. Такой не заставит женщину против воли. Однако я не переоценивала степень его благородства. Если женщина согласится, он не преминет этим воспользоваться.

Значит, мне нужно держаться в рамках спокойной вежливости и сохранять дистанцию. Всего-то.

Сейчас это казалось простым и легко осуществимым. Я давно не видела Лисовского. Его присутствие не влияло на меня магнетически, заставляя думать о глупостях.