Книга Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок, страница 7 – Мелвилл Дэвиссон Пост

Рэндольф яростно выругался.

— Это невозможно! В нынешней Вирджинии людей не убивают черной магией или божьим проклятием!

— Черной магией – нет, – ответил мой дядя Эбнер, – но божьим проклятием – да. Думаю, так все и произошло.

Рэндольф ударил кулаком правой рукой по ладони левой.

— Клянусь всемогущим! Хотел бы я посмотреть на убийцу, который смог бы совершить такое, будь то бес из преисподней или ангел с небес.

— Очень хорошо, – невозмутимо ответил Эбнер. – Когда завтра он вернется, я покажу тебе убийцу Думдорфа.

На рассвете они вырыли могилу и похоронили мертвеца у подножия горы, среди персиковых деревьев. Был уже полдень, когда они завершили работу, и мой дядя, бросив лопату, посмотрел на солнце.

— Пойдем, Рэндольф, устроим засаду на убийцу. Он уже на пути сюда.

То была странная засада. Когда они снова вошли в комнату, где умер Думдорф, Эбнер запер дверь на засов, зарядил охотничье ружье и аккуратно поставил его обратно на козлы у стены. После чего сделал еще одну удивительную вещь: взял окровавленное пальто, которое они сняли с покойника, готовясь предать тело земле, засунул в пальто подушку и положил на кушетку ровно на то место, где раньше спал Думдорф.

Рэндольф изумленно наблюдал за всеми этими действиями, а Эбнер, трудясь, приговаривал:

— Послушай, Рэндольф… Мы перехитрим убийцу… Поймаем его на месте преступления.

Закончив приготовления, он подошел и взял озадаченного судью за руку.

— Смотри! Убийца крадется по стене!

Рэндольф прислушался – но ничего не услышал, присмотрелся – но ничего и не увидел. Только солнечный луч проникал в комнату.

Рука Эбнера крепче сжала плечо судьи.

— Он здесь! Смотри! – И мой дядя показал на стену.

Проследив за движением вытянутого пальца, Рэндольф увидел крошечный блестящий диск света, медленно движущийся по стене к охотничьему ружью. Рука Эбнера сжала плечо товарища стальными тисками, а голос зазвенел, как металл, ударяющий о металл:

— Кто убивает мечом, от него и погибнет! Видишь бутылку, полную самогона Думдорфа? Видишь, как она фокусирует солнце? Теперь ты увидишь, Рэндольф, ответ на молитву Бронсона!

Крошечный диск света заиграл на пластине ружейного замка.

— А вот и небесный огонь!

Эти слова перекрыл грохот выстрела, и Рэндольф увидел, как на диване подпрыгнуло пальто убитого, изрешеченное дробью. Ружье, лежащее на подставке, было направлено на кушетку в конце комнаты, мимо выступа стены, и сфокусированный солнечный свет взорвал капсюль.

Рэндольф широко раскинул руки.

— В нашем мире полно загадочных совпадений!

— В нашем мире, – отозвался Эбнер, – полно загадочного правосудия божьего!

Будь на то воля дяди Эбнера, он никогда не взял бы меня с собой в этот дом. В своей отчаянной миссии он меньше всего нуждался в компании ребенка, но у него не было выбора. В тот холодный вечер в начале зимы накрапывал ледяной дождь; надвигалась ночь, и я не мог идти дальше. Я возвращался домой из предгорий, выбрав короткий путь через холмы, и был бы уже дома, но у меня порвался ботинок.

Я не видел Эбнера, пока не дохромал до перекрестка, но, думаю, дядя заметил меня издалека. Его огромный гнедой конь стоял на лужайке между дорогами, и Эбнер застыл в седле, как каменное изваяние. Когда я до него добрался, он уже принял решение.