Книга Сквозь огонь, страница 109 – Евгения Овчинникова

— Искала вас, – ответила я, присаживаясь к нему.

Сначала мне показалось, что Рафа мертв. Голова его была в крови, грудь не поднималась, и я с замирающим сердцем приложила пальцы к шее. Нет, жив. Сердце бьется.

— Живой он, живой, – сказал отец. – Без сознания.

— Когда ты его нашел?

Я наклонилась над Рафаилем, боясь прикасаться к его голове. Стояла пугающая тишина.

— Как проснулся, пошел искать. Часов в девять, может.

— Что произошло?

— Он отправил меня спать, сказал, костер посторожит. Ну, я проснулся – ни его, ни ружья.

На голове у Рафы была страшная рана. У меня заколотилось сердце и задрожали руки. Я пыталась успокоить себя, повторяя: раны на голове всегда страшнее, чем кажутся, там много капилляров – даже если поцарапаться, крови будет полно. Но рана в самом деле оказалась ужасной.

— Сильно поранился? – спросил отец из-за плеча.

— Сильно. Удивительно, что не попал. Наверное, в мокрых руках ружье заскользило.

Отец захрипел. Я оглянулась на него. Он был напуган.

— Много крови, кажись, вышло, – сказал отец, указывая на темное пятно под головой Рафы.

Я прикоснулась к пятну. Пальцы испачкало бурым.

Мы молча просидели над Рафой несколько минут. Он не пошевелился, не открыл глаза. Я подумала, что он наверняка умрет до того, как за нами придет помощь.

— Он это сам, да? Вчера шибко переживал из-за Веры, из-за всего, что тогда было.

Отец озвучил мои мысли, поэтому я не ответила. Сидела, глядя на лицо Рафы, надеясь увидеть хоть проблеск сознания. Но Рафа никак не давал понять, что жив и борется.

— Лучше его не трогать. Пусть лежит, пока ждем помощь. Но надо укутать его. Перетащить палатку и вещи сюда. Разжечь костер. Вертолет сегодня не прилетит – ветер.

— А если на машинах помощь придет?

— Не знаю. Думаю, не станут рисковать. Нас всего трое, а там целые деревни затопило.

Рафа вздрогнул, еле слышно вздохнул, чуть приоткрыл глаза. Я торопливо склонилась над ним, но глаза снова закрылись, и дыхание стало незаметным. Я снова приложила пальцы к его шее. Сердце билось. Медленнее, чем в прошлый раз, но билось.

Я отпрянула и тихо застонала от страха.

— Пожалуйста, не умирай, – прошептала я, и горячие слезы снова заструились по моему лицу. Они смешивались с дождевой водой, капали на землю. – Не хватало еще, чтобы твой призрак таскался за мной. Не хватало еще тебя, – громко повторила я, подняла глаза и отшатнулась.

Напротив сидела Вера.

— Спроси у него, – сказала она.

— У кого? – уточнила я.

Вера протянула руку и дотронулась до меня. Пальцы были ледяные.

— Он все расскажет.

— Доча, прости, – вдруг всхлипнул отец.

— Ох, ну что ты, папа, перестань, – ответила я.

Вера уже исчезла.

— Если б я знал, что все так обернется.

Я медленно повернулась к нему. Он плакал и вытирал слезы, но я все-таки на мгновение заглянула в него и увидела красные, полыхающие огнем волосы Веры. Не веря себе, я подползла к отцу.

— Если б я знал, что она… – Он закрыл лицо руками.

Я придвинулась ближе, оторвала от его лица грубые ладони, посмотрела в глаза и прочитала отца.

Полыхающий горизонт. Электричество отключили, но света от пожара, взявшего город в кольцо, достаточно, чтобы видеть. Пахнет гарью, горящим деревом. Крыша малосемейки. Разгоряченное тело. Вера – рядом, тоже горячая и отстраненная. Вот она встает, одевается. Потом смотрит на пожар – в одну, в другую сторону. Ветер поднимает и перебирает ее тяжелые волосы.