Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
— Потом – бить. В самые уязвимые места. Мадам Барбара подушку сшила. Подушка и правда была в рост человека, набитая соломой, и Митчелл обозначал на ней уязвимые места. Куда ударить. — Сначала будем учиться бить насмерть. Потом так, чтобы вывести из строя. Но вам лучше первое. Шарлотта кивнула. Наташа тоже. — Вы – женщины, вы всегда будете слабее любого мужчины, а если противников будет несколько – тем более. Вам надо уметь оценить ситуацию, надо выбрать того, кого бить первым, надо уметь пользоваться подручными средствами – это долгая и трудная наука. Чему смогу – научу. Девочки послушно тыкали деревянными палками в нужные места. У Наташи получалось лучше, у Шарлотты хуже, но она старалась. Митчелл подошел к Варе. — У Натали хорошо руки двигаются. А вот вторая… — Безнадежно? — Нет. Но ее лучше метательному оружию учить. Чтобы не вблизи работала. Варя задумчиво кивнула: — Наверное. Ты сможешь? — Они сами хотят учиться. Это хорошо. После революции? Еще б они не захотели. — Очень хорошо. Спасибо тебе. — Спасибо – лучше деньгами, – рассмеялся Митчелл и опять отошел к девочкам. Варя зашуршала газетами, которые нашлись на очередной почтовой станции. Гражданское устройство духовенства. Варя прочитала заголовок раз. Перечитала. Поглядела – и махнула рукой. А, ничего под луной не ново. Сначала национализировали имущество церкви, а теперь решили и священников приспособить для своих надобностей. Чтобы они провозглашали то, что им комитет скажет. Только в России было проще. Там и патриарх рядом, стреляй – не хочу. А у католиков папа есть. Римский. И сидит он не в Париже, а в Риме. Интересно, как он на этот декрет отреагирует? Вряд ли одобрит. Но это уж пусть они сами разбираются. Варю более чем устраивает, что она из Франции уехала. Еще и с неожиданным прибыточком. А эти… Католики, гугеноты… да хоть кто! Пусть сами разбираются. Она им точно ума не добавит, ей бы кто подсказал, как дальше быть. А то во Франции она покуролесила, считай, все ее послезнание превращается в труху. Ну и ладно! Мадам Изида уехала в Египет и возвращаться не собирается. Прощай, Франция! * * * — Наташа приболела. Мари опустила глазки долу, и выглядела она как воплощенная невинность. — Отчего? – встревожился Филипп. Выгодная невеста уплывает! Еще и обработанная со всех сторон! — Вот вы как третьего дня распрощались, так она вечером закашляла, а потом и слегла, сейчас я ее выхаживаю, горяченьким пою, – поскромничала мадемуазель Мари. – Лекаря пригласили, кровь пустили. Филипп закивал: — Да, это надо! В разговоре с ним Наташа и вправду покашливала и жаловалась, что сыро, но мужчина этому значения не придал. Ему-то хорошо! Он в теплых сапогах, плаще, варежках, а что те смолянки носят? Подвертушечки на рыбьем меху! И в спальнях у них сквозняк на ветерке летает, и вода для умывания чуть не льдом покрывается! Но где ж ему о том подумать? — Она тебе записочку передала и поцеловать просила. — Ну и поцелуй. – Филипп притянул к себе мадемуазель и присосался чуть не до синяка. Мадемуазель не была против. На поцелуй она ответила не менее страстно, а там и одежда на пол полетела, и два тела сплелись на грязноватых гостиничных простынях в любовной схватке. Мари подумала, что с мужчиной ей повезло. |