Книга Элегии родины, страница 139 – Айяд Ахтар

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Элегии родины»

📃 Cтраница 139

После мощного свидетельства Коринны по поводу ее дочери такие встречные выпады были необходимы, и Ханна проводила их эффективно, даже яростно. Но вот я смотрел, как она работает, искусно выстраивает аргументы, расхаживает в темных сандалиях «мефисто» и длинном темно-синем жакете, поглядывает на свидетелей и на присяжных через очки в легкой светлой оправе, сочетающихся с жемчугом и с мелированными светлыми прядями в прическе цвета соли с перцем, слушал акцент, заметный лишь настолько, чтобы его можно было считать таковым (она была из Мэриленда), и не мог избавиться от тревоги. Среди присяжных не раздавались ни мягкие, перекатывающиеся смешки, ни возгласы одобрения – просто тишина. Я никогда раньше не был в суде, и меня удивило, как это похоже на сидение в зале со зрителями, когда они смотрят спектакль. Годы работы по выводу пьес на сцену мало мне оставили загадок относительно перемен коллективного настроения. Редко когда мне не было ясно направление интереса публики в каждый отдельный момент – цельный он или расщепленный, когда меняются симпатии, когда проваливается сюжет. И настроение жюри казалось мне не менее очевидным. Сейчас, когда выступала Ханна, это была настороженность. Для них – она выступала против человека, в котором они уже видели своего. Ханна же была очередным чужаком, который своим не стал.

Что-то из этого Ханна понимала – по крайней мере, за ужином сказала именно так. Мы с ней встречались вдвоем: отец не захотел выходить. Ресторан, который она предложила, был когда-то заброшенной бумажной фабрикой, а сейчас стал рестораном для гурманов, где подавали блюда из местных продуктов. Когда-то бумага была в этих местах центром жизни, пока в начале нулевых не оказалось, что проще валить местные деревья, штабелевать в контейнеры и отсылать в Китай, там измельчать их и делать бумагу, потом доставлять обратно через океан и развозить американскими грузовиками. Так было не только с бумагой; это была общая судьба всей традиционной местной промышленности: мебель, прокат, инструменты и штампы. Даже лесопромышленность испытывала трудности, пытаясь угнаться за лесами за полпланеты отсюда, где генетически модифицированные деревья в больших количествах давали древесину более крепкую и более мягкую, чем могли бы при любых условиях естественные леса Висконсина. И очень, очень многие из этих бывших заводов, фабрик, мастерских, складов были сейчас проданы, и теперь там делали свечи, учили пилатесу, жгли благовония и подавали пасту кавателли с рагу из оленины. Последнее было описано в меню этого ла-кросского заведения как дань почтения от шефа – своему отцу, который мало что любил так, как свежее оленье мясо. Меня это не соблазнило, я заказал себе бургер с сыром «грюер» из Монро. Ханна взяла себе салат Кобб с беконом от местных свиней. Еще она заказала мерло, стоявшее теперь в бокале без ножки рядом с ее смартфоном. Кажется, она не пила его демонстративно.

— Я говорила вашему отцу, что наша задача не в том, чтобы выиграть это дело потому, что мы в нем правы, – сказала она мне, когда мы какое-то время обменивались подробностями своих биографий, – она окончила школу в Йеле, три года работала капитаном парусника на озере Эри, потом пять лет была шеф-поваром в Новом Орлеане до того, как поступить в школу права в Мэдисоне, где вышла замуж и завела детей, – а постараться не проиграть его потому, что мы не так выглядим. Для этих людей ваш отец – чужак, городской доктор, иммигрант…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь