Книга Элегии родины, страница 133 – Айяд Ахтар

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Элегии родины»

📃 Cтраница 133

— А это мой сын! – объявил он, слез с табуретки и, шатаясь, двинулся заключить меня в объятия. От него разило виски. – Мой чудесный, прекрасный сын! – звенел он заплетающимся языком, представляя меня бармену – коренастому бородачу где-то лет под тридцать. – Знаменитый он теперь. Куда знаменитее своего отца.

— Пап…

— Отцеубийца. Так это называется? Это ты, бета. Ты меня убил.

Я сделал вид, будто все это игнорирую.

— Простите, сэр, – сказал я. – Ему сейчас очень тяжело…

Бармен покачал головой; видно было, что все это его не волнует ни в малейшей степени.

— Мне ваш па все уши прожужжал о вашем успехе. Работает теперь с голливудскими звездами, сказал. Это, должно быть, классно.

— Ну, на самом деле, я не работаю в Голливуде, хотя…

Внезапная гневная гримаса отца смотрелась клоунской.

— Нет, работаешь! – заорал он. – Работаешь ты в Голливуде! Свое телешоу пишешь. Зачем ты ему врешь?

Надо было плеснуть в него холодной водой:

— Пап, я там работал, а потом меня уволили. Ты этот момент забыл?[34]

У него лицо опало, улыбка исчезла, и на измученном лице вдруг отразилось тяжелое настроение, которое, как я понимал, и прикрывала эта беспечность.

Опустошенный, он отошел к своей табуретке.

Я подписал его счет и увел отца в холл к лифтам, провел к себе в номер, налил чашку воды и заставил его ее выпить перед тем, как идти в туалет. Когда я вышел, он смотрел «Си-Эн-Эн». Накануне было тридцатилетие того дня, когда Сенат не утвердил Борка верховным судьей, и канал все еще крутил свою передачу о наследии этого человека.

— Не хочу я слушать эту всю чушь, – сказал отец, направляя пульт, чтобы переключить канал.

— Нет, пап, оставь. Хочу это посмотреть.

— Древняя история, – сказал он.

Я сел на кровать и стал смотреть, удивляясь, что в передаче ни разу не было упомянуто то, что, как я теперь понимаю, стало истинным воздействием на Америку этого человека – Робеспьера потребительского антимонопольного движения. Отец налил себе еще стаканчик виски из мини-бара и сел обратно на кровать. Когда эпизод кончился, он отключил звук на рекламу и начал сбивчиво пересказывать мне унижения того дня: откровенная ложь в начальном заявлении истца, коллеги-врачи, даже не соизволившие позвонить, оскорбительное сообщение в голосовой почте от кого-то, кого он назвал «Квеакер Оутс». С ним обращаются просто как с уголовником, жаловался он, а единственное, чего он хотел, так это помочь той девушке. «Я бы поступил так же, будь она моей собственной дочерью», повторял он как рефрен, уже засыпая.

На следующее утро: вода, яйца всмятку с доставкой в номер, таблетки от головной боли. Я провел его по коридору к нему в номер и подождал, пока он примет душ. Он ворчал и жаловался, пока я облачал его в синюю рубашку и черный костюм. Такую одежду выбрала Ханна, его главный адвокат. Черное – для всех ее подзащитных врачей, сказал мне отец, вопреки опытом проверенному правилу судебного зала. Черное есть признак статуса и авторитета и вызывает у присяжных отчуждение, но в случае врачебных ошибок авторитет и есть именно то, что стремится подорвать команда истца, так что черное в данном случае лучший выбор. Это театральное действо, и костюм должен соответствовать роли, говорила Ханна. Отец дал мне галстук, который она с собой привезла, – с простым темно-синим узором.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь