Онлайн книга «Замри. Роман с театром»
|
Годы сталинщины и девяностые, когда страна пыталась освободиться от последствий рабства, – несопоставимы. Однако революционная ярость грозила, по излюбленному выражению Ильича, с водой выплеснуть и дитя. Из разнообразия версий происхождения этого фразеологизма нам подходит такая: имеются в виду не купание, а воды, отходящие у роженицы при родах. В общем, вышло так, что я последовал совету К. С. к концу работы вспомнить первое впечатление о читанном. Проверить – не больно ли от него удалился? Если поздно заметил, увидел, осознал, разобрался (добавляйте глаголы) – провал. Вовремя увидеть, понять, почувствовать, догадаться – это удача. Студентом ждал, пока смолкнут соседи, стихнет шуршание шин за окном, дом погрузится в сон и можно будет сесть на кухне за «Работу актёра над собой». Рассвет – всё яснее ясного. Поспать часок – и к актёрам: выпишу лекарства по узнанным рецептам, и спектакль заживёт. К ночи ясно, что ничего не ясно. И это – неплохо. Для театра. Всё-таки он Многое в Алексееве таинственно, как библейские истории. Родился тщедушным, с трудом держал головку с жидкими волосёнками. Няня Фёкла сокрушалась: «Нечем похвастаться им». Обернулся былинным красавцем. Ладно – пусть писаным. Рос застенчивым – пошёл в артисты. В юношеском дневнике – жвачка: перечень маршрутов и покупок. «Середа. Приехали в 11 часов утра; до 1½ отдыхали; потом пошли купить перчатки, тросточку (папаше) и шляпу… Пообедав и отдохнув немного, мы пошли в Летний сад к памятнику Крылову…» Дальше: «Мы посмотрели памятники Кутузову и Барклаю де Толли, оттуда мы пошли купить полубашмаки с пряжками». И этот отрок с пряжками скоро удивит мир умением замечать то, мимо чего большинство проходит не останавливаясь? А балетоман с шаловливым прозвищем Кокося, чья молодость крутила тридцать два фуэте, – будущий наставник молодёжи? Его жизнь заполнялась подружками, как сцена кордебалетом. Из фифиночек (как он их величает) солируют сёстры Помяловы и Софья Черепова, подарившая фото: «Помните меня, берегите». Кокетливое «берегите» – напоминание о правилах, которые надо блюсти поклоннику. Входить в зал во время увертюры, если она танцует в начале, а если в середине – в разгар действия. Выходить, когда она покинет сцену. Дожидаться в курильне, пока капельдинер не оповестит: её номер! Не отрывать бинокль от глаз. В паузах – «мимический телеграф»: обмен взглядами. В конце – «браво» и бисировать. Посылать розы и подарки. По окончании ожидать у подъезда. Не ведающие законов клана полагают: жизнь балетомана – мёд. Пусть попробуют выполнить любой каприз дивы или потоптаться в лютый мороз, дожидаясь оказии передать ей записку. Это труд. «Большой», он же «красавчик» (так Помялова 1-я звала его), самозабвенно трудился. Мешала гимназия, где приходилось бывать, и простуды, которые он с детства уважал. Об убийстве Александра II, освободителя крестьян, у Кокоси в дневнике сожаление: сорвался вечер с отличным столом и музыкальной программой. И этот светский пшют – тот самый Станиславский, кому предстоит обновить русский, европейский, заокеанский театр? Чуть более поздние послания к невесте поражают схожестью с тысячами подобных писем влюблённых купчиков. Так банально изъяснялся артист, могущий передать тончайшие движения души? |