Книга Замри. Роман с театром, страница 153 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 153

Так это было. И ещё прекраснее. И ещё цветистее. Хотелось бы описать позабористее, но перо замедляет бег при мысли о настоящем.

Опасались бунтов в медвежьих углах России и не ожидали, что уныние поселится в странах, вроде бы готовых к нормальной жизни. В Тбилиси стреляют и режут. Срубают деревья для отопления домов, ходят в гости со своей едой и боятся ночью выйти на улицу. В Риге стонут от законов о гражданстве. Эти метаморфозы отозвались с особой остротой, ибо застали врасплох.

Как ни горько сознавать, мы занимались мифотворчеством, наделив любимые края исключительными особенностями. Нам навязывали одни мифы, в противовес творились свои. Хотелось верить, что есть нечто, способное противостоять тьме в силу природных особенностей. В поисках веры мы стали воспринимать то хорошее, с чем сталкивались, как некую постоянную величину, данность, нечто непреложно присущее этой части земли и её народу. Это были фантастические представления о мире и людском бытии, то есть мифологические.

«Грузин не может жить не на своей земле, – с пафосом провозглашали тбилисцы, – армяне живут, а грузины не могут». И мы, забыв о Баланчине, аплодировали. Перед нами в лицах разыгрывались байки об особом контакте партийцев и интеллигенции, рассказывали о делягах, которые хотели отдать деньги на тбилисское метро. Мы, открыв рот, внимали. Увлекала необычность положений и яркость изложения. Доля правды в этом была, но больше фантазии – желанный вымысел о новых героях и духах, облюбовавших эти горы и долины. Создавалась иллюзия, что Грузия едина, как собравшиеся за столом мóлодцы, выводящие многоголосые рулады. Тбилисцы всячески культивировали этот миф, мы хотели в него верить и верили. Это был романтический, наивный театр. Им и нам хотелось, чтобы Грузия парила над гнойной действительностью, как в захватывающем дух танце, едва касаясь земли носками ичигов.

На поверку оказалось – там столько же быдла, сколько и всюду. Грабят, издеваются над философом, изгоняют слишком умных соплеменников, крушат проспект Руставели. А женщины в чёрных колготках с пеной у рта требуют крови неверных. И вопрос – куда уезжать? – стал весьма актуальным для многих тбилисских приятелей. И уезжают, уезжают, уезжают…

Пустеет и Рига. Только из тех покинувших её людей, которых я знаю, можно было бы составить несколько кафедр в самых престижных университетах. События последних лет разъединили рижан, создали тягостную атмосферу. Самое страшное – полное молчание интеллигенции, боязнь противостоять толпе. А как живуча была легенда об исключительности прибалтийских интеллектуалов. Что поделаешь! За мираж в пустыне расплачиваешься позже, но в определённый момент он даёт силы брести, не упасть. И на том спасибо.

У меня были основания надеяться: Рига выдержит испытание свободой. Латыши приняли меня, помогли, подержали, были внимательны, а я благодарен. Длилось это так долго, что казалось – навсегда. Незаметно я сам стал персонажем прибалтийского мифа. Тем сложнее было возвращение на землю.

«Мы, латыши, любим театр», – звучало гордо. Конечно, и раньше было ясно: он играет особую роль, сохраняя национальное самосознание. Театр был редким местом, где звучала только латышская речь. И всё-таки в привязанности латышей к театру чудилось нечто замечательное, не поддающееся элементарному анализу. Не представить было, что изменится контекст жизни и министр-композитор будет поносить актёров, а рижане будут взирать на уничтожение театра, которым вчера гордились. А мои бедные грузины будут разводить руками и прицокивать языком: «Слушай, не может быть! Как такое может быть в Риге, а?»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь