Онлайн книга «Античная наука в социальном и культурном измерении»
![]() Ил. 13. Античные ученые и философы В действительности античные ученые и философы представляют собой соседствующие и частично пересекающиеся сообщества. Уровень участия философов в научной деятельности или ученых – в философской (ил. 13) в среднем составлял 22%, лишь дважды, в 225 и 125 гг. до н. э., опустившись до 7%. Если брать эту среднюю величину, то она окажется почти в два раза больше 13% философов среди известных математиков и астрономов, родившихся между 1500 и 1600 гг.[440] Однако данные за самый плодотворный в научном отношении эллинистический период, 330–100 гг. до н. э., дают всего 11% философов-ученых, меньше, чем в XVI–XVII вв. Отдельные периоды взаимоотношений между наукой и философией демонстрируют отчетливую специфику: 1. В первой половине VI в. до н. э. доля ученых-философов была очень велика, но к 525 г. до н. э. она упала до 10%. 2. Благодаря специализации научных дисциплин в классический период эта доля составляла в среднем 22%, достигая 27% на максимальном пике численности всех ученых в 330 г. до н. э., что связано с увлечением точными науками в школах Платона и Аристотеля. 3. В наиболее продуктивный и густонаселенный период греческой науки доля ученых-философов резко упала, опустившись в 330–275 гг. до н. э. ниже 10%, и оставалась на самом низком уровне за всю античную историю до 100 г. до н. э., когда она составляла 13%. Эта тенденция отражает, с одной стороны, завершившуюся специализацию всех научных дисциплин, а с другой – разрыв с mathēmata ведущих философских школ того времени (см. выше, 108), как эпикурейцев, скептиков и киников, так и большей части академиков, перипатетиков и стоиков (до Посидония). Это именно то, что стоит за «разводом науки и философии» в период эллинизма. Впрочем, этот «развод» следует понимать метафорически, хотя бы потому, что во время предполагаемого «брака» науки и философии, например в V–IV вв. до н. э., доля философов-ученых составляла в среднем 22%. 4. С резким падением общей численности ученых после 100 г. до н. э. процент философов среди них вновь стал расти, достигнув 28% в 50 г. до н. э. и 33% в 25 г. В целом наши данные показывают, что при росте числа античных ученых относительная доля философов среди них уменьшалась, а при спаде – увеличивалась. Бо́льшую часть периода империи (25 до н. э. – 350) она составляла около 20%, а в среднем за весь этот период – 33%. Отчасти это связано с особой значимостью точных наук для средних платоников и неопифагорейцев, таких как Никомах и Теон Смирнский. 5. Наконец, в период поздней античности, особенно начиная с 400 г., когда число ученых в очередной раз идет на спад, философия и наука заключили новый союз, в результате чего доля философов-ученых достигала на пике 46% в 450 г. и 60% в 475 г. Большинство из них принадлежали к неоплатоническим школам Афин и Александрии, которые обеспечивали mathēmata важную среду обитания на заключительном этапе кодификации полученных знаний, энциклопедических проектов, редактирования, комментирования и т. д. (см. ниже, 5.6). 7. Античность и раннее Новое время 411 известных нам по имени (или по названию сочинения) ученых за 11 веков, более половины из которых приходится на период эллинизма, – много это или мало? В постиндустриальную эпоху это всего лишь одно научное учреждение среднего размера, такое как ETH в Цюрихе или Cold Spring Harbor Laboratory в Нью-Йорке. В советское время отраслевые научные институты могли достигать численности в 10 000 человек и более – наука XX в. нередко решала свои задачи за счет своей массовости[441]. Чтобы оценить масштабы античной науки в период ее расцвета (330–100 до н. э.) в верной перспективе, наиболее подходящим объектом для сравнения является не современность, а независимые города-государства и области Италии эпохи Возрождения. |
![Иллюстрация к книге — Античная наука в социальном и культурном измерении [book-illustration-9.webp] Иллюстрация к книге — Античная наука в социальном и культурном измерении [book-illustration-9.webp]](img/book_covers/141/141074/book-illustration-9.webp)