Онлайн книга «Преддверие I»
|
— Араклея и Тиноль? — Да. Араклея и Тиноль. И ещё хуже. — А чем определяется уровень допустимой свободы? Человек не может сделать больше того, что он может. — Конечно! Он может убить, предать, воздвигнуть колоссальные постройки, сделать открытие, развязать войну. Это предусмотрено. Когда-нибудь люди выйдут на другой уровень могущества, тогда они смогут осуществлять любые свои желания и менять мир по своему усмотрению, но для такой свободы они должны очень сильно измениться. А сейчас об этом нет и речи. — Ты хочешь сказать, что кто-то из людей обладает сверхчеловеческой свободой? — Конечно. Король Лесовии Эрих Четвёртый. — Твой жрец и поклонник! — Он не жрец. Он обладает вещью, которая не предусмотрена в этом мире. Это опасно. Я устала. Я скоро захлебнусь от его жертвоприношений. — Так убей его! Или ты не Смерть?! — Он бессмертен. У него защита от меня. — Ах вот оно что… — Ты должен мне помочь, Кристиан Дерта. Никогда бы не подумал, что стану союзником Смерти! — Что я должен сделать? — Уничтожить эту вещь. — Как? — Только ты можешь получить её, и только ты знаешь, как уничтожить её. Я не могу. Ты можешь. Помоги мне. — Ничего себе просьба… А ты не боишься, что я оставлю её себе? И сам стану всемогущим? – спросил я с усмешкой. — Не боюсь, – спокойно ответила она, – ты не нарушишь гармонии в мире. Ты её чувствуешь. Ты вообще не человек. И не то чтобы я удивился, просто ужаснулся, насколько всё не случайно и не так просто, как мне казалось. — Кто же я? — Не моё дело открывать тебе это, – равнодушно заявила Смерть, – насколько мне известно, ты давно уже сам должен был это понять. Ты опоздал, Кристиан Дерта, и не выполнил своей задачи… Так помоги хотя бы мне. — Я опоздал?.. Чёрт побери, что всё это значит! Смерть сверкнула холодными серыми глазами и растаяла у меня перед носом. Я тупо смотрел в пустое тёмное кресло и сжимал стучащие виски. Мысли путались. Я не человек. Значит, я не сын Гринцинии Гальма. Значит, Ведбеда солгала ей. Старая Ведбеда, которая следила за мной всю жизнь, которая долго приставала ко мне в харчевне: чего я добился в жизни? Потом заявила, что за меня теперь будут думать другие, пошла и наболтала графине, что я и есть её сын! Зачем и почему?! И что она ещё обо мне знала? Жаль, что умерла, наверное, как и все в Тиноле! След потерян. Я опоздал. Я проспал свою судьбу! Удивительно, что при всём своём возбуждении я всё-таки умудрился заснуть. Похоже было, что я просто потерял сознание и рухнул на кровать. А утром, вынырнув из сна, как из глубокой ямы, обнаружил стоящего у шкафа Сетвина, уныло вынимающего мою одежду. Сквозь шторы пробивалось в спальню яркое весеннее солнце, поскрипывали повозки во дворе, стучали копыта, возились на карнизе голуби… За окном была Жизнь. Мир стал реальным и обычным. В нём как будто не было места моим жутким видениям со Смертью, сидящей в кресле. Приснится же такое! Услышав мою возню, Сетвин вздрогнул и удивлённо обернулся: — Что?! Ты жив?! — И трезв как сволочь, – сказал я, откидывая одеяло, – а ты что, уже уносишь моё барахло? — Ты правда жив? – Он бросил кучу одежды в кресло и подошёл, чтобы пощупать меня. — Почему бы и нет? – усмехнулся я и по его потрясённому взгляду понял, что он прекрасно знает, где я был ночью и что там делал. |