Онлайн книга «Монета для сказочника. Сборник рассказов»
|
— Нина, – тихо позвала Мару. Нина не ответила. Она смотрела на витрину и никак не могла решить, что страшнее: то, что варежка здесь, или то, что ее собственная рука уже тянется к ней. — Вы что-нибудь узнали? – спросил Ламп. Голос прозвучал близко, почти над ухом. Нина вздрогнула и только тогда заметила, что он стоит рядом, пригнув неоновую голову под низкой балкой. Оранжевый свет от его улыбки лег на стекло витрины. Белая звезда на варежке вспыхнула так ярко, словно упала туда с неба, а не была вышита обычной материнской ниткой. Нина не ответила и поскребла ногтем зачесавшееся запястье, где под кожей теплело маленькое оранжевое зернышко, оставленное Лампом на мосту. Сначала зуд был легким, почти смешным, как от комариного укуса, но стоило ей посмотреть на варежку дольше, и под кожей будто что-то шевельнулось. — Не трогай, – сказала над ее ухом Мару. Она стояла перед собственной любимой варежкой, потерянной много лет назад, но в упор не видела ее и смотрела во все свои огромные зеленые глаза на сестру. От этого казалось, что Нина смотрит в отражение зеркала, какое висело в конце ряда и вокруг которого крутилась Кэндис, настолько они были похожи в детстве и, неожиданно, сейчас. Нина опустила руку. Впервые это она послушалась сестру, а не сестра ее. Дзинь! У соседнего ряда что-то громко грохнуло и с дребезгом разбилось. Кэндис, пятясь с телефоном, задела плечом высокое зеркало в резной раме. Оно качнулось, ударилось о шкаф с детскими зубами и треснуло от угла до угла. — Ой! – Кэндис замерла с поднятой рукой. – Только не говорите, что оно дорогое или проклятое. Зеркало развалилось не сразу. Сначала по нему пошла паутина трещин, потом один крупный осколок выскользнул из рамы и разбился о пол. Остальные посыпались следом, звякнули по доскам, забились под стеллажи. В лавке на секунду стало очень тихо. — Семь лет неудач, – сухо сказала женщина в вуали. — Зато будет прикольный контент для блога, – пробормотала Кэндис, но голос у нее сел. Нина посмотрела в ближайший осколок и увидела не стеллаж, не себя и не Лампа. В стекле отражалась улица за дверью: пустая, мокрая, с закрытыми лавками. Только на пороге стояла рыжая портье из «Чердачного ключика» в накинутом на ночную рубашку пальто и колотила кулаком по стеклу двери. Рот у нее был открыт, как будто она кричала. Нина моргнула. В осколке снова отразилась лавка. Мару присела у другого осколка. Просто присела и посмотрела в него так пристально, будто там отражался не пыльный пол, а что-то важное. Нина хотела окликнуть ее, но Ламп уже хлопнул в ладони, и все осколки на полу дрогнули, хотя не сдвинулись с места. — Девушки, – сказал он. – Экспонаты не крадем. Зеркала тоже, даже по частям. Мару резко выпрямилась и виновато втянула голову в плечи. Ламп разбитое зеркало, как и причитания Кэндис о том, что она заплатит за него, полностью проигнорировал, просто переступив через них обоих. Вместо разговоров о компенсации или уборки он открыл витрину с детскими вещами и вынул красную варежку двумя длинными пальцами, будто доставал из банки печенье. — Вот, – сказал он, бросая ее в руки Нины быстрее, чем она успела отказаться и усмирить рефлекс, заставивший ее подхватить варежку на лету. – Раз уж это ваше. — Откуда… Откуда она у вас? |