Онлайн книга «Рождество взаперти»
|
— Пусть в основе этого исследования все та же выборка, оно выглядит куда убедительнее, чем теория Ломброзо, не так ли? Однако и тут есть изъян. Прежде всего, для того чтобы углубиться в историю семьи на двести пятьдесят лет назад начиная с 1877 года, Дагейлу пришлось бы начинать с 1627 года. Возможно ли это? В США семнадцатого века еще практически не было централизованных архивов, где могли храниться копии судебных дел или выписки о рождении и смерти. Уже одно это ставит под сомнение достоверность исследований Дагейла. В 1907 году другой ученый, последователь Дагейла по фамилии Эстабрук снова исследовал семью Джук и выяснил, что процент преступников среди них уменьшился в два раза. Обесценивало исследование и то, что Дагейл рассматривал в совокупности как кровных, так и некровных родственников. В результате труд Дагейла был признан псевдонаучным и забыт. Я бросил записывать. От псевдонаучных теорий мало проку. — Однако даже в настоящее время существуют те, кто усердно пялится в микроскопы, пытаясь разглядеть – нет ли в генетическом материале преступников какой-нибудь особой хромосомы? Они отчаянно ищут научное подтверждение идеи о том, что преступники – монстры, люди другого сорта, не чета им. Именно здесь кроется опасность, о которой я говорил в начале лекции. Наука должна искать истину, а не служить орудием трусов, которые пытаются отгородиться от пугающей действительности. Понимаете? Студенты дружно закивали. — Отлично. Лектор посмотрел на наручные часы. — Я заболтался, и все равно до конца лекции еще пять минут. Поспешил… Ну да ладно. Закончим на этом. Встретимся в новом году, умницы и умники. Хорошего вам Рождества и Нового года. Он поднялся с места. Одна из студенток на переднем ряду воскликнула: «И вам тоже!» Лектор с улыбкой помахал ей рукой. Подхватив дорожную сумку, я поспешил вниз по лестнице к дверям. — Отличная работа! Я поймал доцента у выхода из аудитории. Волна уходящих студентов разделяла нас. — Привет, Элис! Я видел, как ты сидел в уголке с блокнотом. Ну как, можно что-то из рассказанного мной использовать в новом романе? Элис – это я. Расскажу немного о себе. Меня зовут Элис Арисугава, мне тридцать два года[2]. Я профессиональный автор детективов, относительно успешный: по крайней мере настолько, чтобы одним писательством получать доход, с натяжкой сравнимый с доходом рядового офисного сотрудника. Странное имя (возможно, я единственный обладатель такого имени во всей Японии, во всяком случае из мужчин) мне дала мать[3]. Это не псевдоним, выбранный в пьяном угаре или придуманный ради красного словца. — Кто знает. Может, что-то и использую. Я родился и вырос в Осаке, известной ярким местным диалектом, и ладный токийский говор друга, который родился в Саппоро и рос, переезжая с места на место, всегда радовал мой слух. — Значит, заметки делал скорее из жадности? А вдруг, мол, пригодится, – засмеялся лектор по имени Хидэо Химура. Он мой ровесник и самый молодой доцент университета. Выпускник киотского университета Эйто, после выпуска Химура остался работать при вузе, где читал лекции по социологической криминологии на факультете социальных наук. Я, кстати, тоже учился в Эйто, и мы с Химурой знакомы со студенческих времен. Думаю, пока этого достаточно. После я расскажу о нем более обстоятельно. |