Онлайн книга «Рождество взаперти»
|
Белый порошок был рассыпан по ступеням, начиная с середины лестницы и до самого верха, включая площадку перед дверью мансарды. — Неужели чья-то шутка? Ерунда какая-то… – пробормотал Исимати и начал подниматься по ступеням. Мы с Химурой последовали за ним. Втроем мы встали на ступенях примерно в середине лестницы, где обрывался след известки, и, скрестив руки на груди, уставились на царящий вокруг бардак. Гашеная известь покрывала пол густым ковром, как гравий, которым засыпают сады камней. Подняв взгляд, я обнаружил, что на двери мансарды тем же белым порошком кто-то нарисовал огромный крест в виде буквы «Х». Выглядело это до того странно, что я утратил дар речи. — Для розыгрыша со стороны гостей это явно перебор… Но и хозяев дома заподозрить сложно. Тут Химура прав. Писатели и редакторы детективов любят розыгрыши, но все хорошо в меру. В этом ничего забавного нет. После невеселого окончания вечеринки подобный сюрприз только испортит всем настроение. — Сообщим хозяевам? – спросил я Исимати. — Давайте оставим до завтра, – предложил он. – Я же в тапочках. Оставлю их у порога и в комнате пол не запачкаю. Не хочется вынуждать людей устраивать грандиозную уборку на ночь глядя. В этом я с ним согласился. — Эй! Элис, Исимати! – услышали мы голос в глубине коридора. Спустились обратно на второй этаж и увидели, что к нам грузно шагает Фунасава. — Значит, ваши проделки? – криво усмехнулся он. Я спросил, о чем речь. — Неужели это не ваших рук дело? — Ничего не понимаю. Тут Фунасава заметил лежащий на полу мешок с известью. — А это что такое? Я молча указал на лестницу в мансарду. Все еще стоящий на ступенях Исимати кивнул себе под ноги, Химура развел руками. Фунасава воскликнул: — Кто же у нас такой шутник?! Знать бы еще, где смеяться… — Думаете, это чья-то проказа? — Будь дело только в лестнице – я бы подумал, что кто-то уронил мешок, но, учитывая остальное… — Остальное? Случилось что-то еще? — Да, я как раз пришел спросить, не ваши ли это проделки… — Над вами тоже подшутили? – спросил Химура. — Идемте, сами увидите. Переглянувшись, Исимати и Химура спустились. Фунасава вел нас к своей комнате, когда соседняя с ней дверь открылась прямо перед его носом и оттуда показалась Аяко. — Ой! – воскликнул Фунасава, едва избежав столкновения. — Простите, – коротко поклонилась Аяко. — Ничего, я просто удивился. Вы так неожиданно вышли. — Прошу прощения. У меня в комнате кое-что странное, и я хотела сообщить хозяевам… Все переглянулись. Количество озадаченных лиц вокруг росло с каждым мгновением. — Извините, если я не права… Но это кто-то из вас разрисовал окно в моей комнате? — Разрисовал окно?.. – переспросил я за всех. — Вот. – Аяко открыла дверь. Занавеска на окне в ее комнате была распахнута, а на стекле красовалось огромное белое сердечко. Рисунок был таким большим, что почти полностью скрывал вид из окна. — Оно нарисовано изнутри? — Похоже на то. Знаете, перед Рождеством витрины магазинов часто разрисовывают из баллончика «снежным» спреем? Сердце нарисовано чем-то подобным. — Могу я посмотреть поближе? — Конечно. Аяко пропустила Химуру в комнату. Он подошел к окну, присмотрелся к рисунку, обвел его указательным пальцем. Получив согласие Аяко, я тоже зашел внутрь и заглянул за спину Химуры. |