Онлайн книга «Арктур: цена свободы»
|
— Не все чёрные такие, я это знаю, — продолжила Сесиль. — Большинство обычные люди, которым просто досталась сила. Но чем сильнее дар, тем чаще в человеке просыпается то, чего лучше не будить. Сама природа этой нити — брать, а не отдавать. Некоторым это начинает нравиться. — Поэтому ты живёшь у старушки, а не здесь. — Отчасти. Там обычные люди с обычными бедами, которые не наслаждаются своим превосходством. — Она помолчала. — К братьям я привыкла, к Лео тоже. С чёрным магом я хотя бы знаю, как себя вести: не стоять близко, не спорить, смотреть в оба. Она замолчала и снова взялась за бинт. По тому, как медленно она его сворачивала, я поняла, что главное ещё впереди. — Но хуже чёрных магов неизвестность. Когда не знаешь, кто перед тобой, не знаешь и того, от чего беречься. Несколько секунд она молчала, прежде чем продолжить. — Артур, — сказала она наконец, очень осторожно подбирая слова. — Я никогда не могла этого толком объяснить. Но с первого дня я чувствую в нём что-то… не такое, как у других. Я напряглась. — Что значит не такое? — Не злое. Я не это имею в виду. — Сесиль покачала головой. — Просто чужое. Я почти уверена, что он маг, только не знаю какой. А раз не знаю какой, то не знаю и того, что он прячет. Свеча между нами потрескивала. Где-то наверху хлопнула дверь, и снова стало тихо. Я спросила то, ради чего пришла. — А во мне? Она посмотрела на меня прямо, и во взгляде у неё не было враждебности — одна только честность. — В тебе тоже. Я не шелохнулась. — С того самого вечера, когда ты пришла ко мне и села у стены. Она помолчала, подбирая слова. — Когда Томас привёл тебя в дом, я ждала полукровку с чёрной нитью, как он и говорил. Или даже с зелёной — вот бы я обрадовалась. А в тот вечер у кушетки я тебя почувствовала, и это было ни на что не похоже. — Она подняла на меня глаза. — Я не думаю, что ты опасна. Правда не думаю. Но я ничего не могу с собой поделать. Единственные маги, рядом с которыми мне спокойно, — маги зелёной нити. Они сама жизнь. — И ты меня боишься. — Я слишком хорошо помню, чем заканчивается, когда доверяешься силе раньше, чем узнаёшь её цену. Я кивнула и пробормотала, что понимаю. Сесиль извинилась, сказала, что я хороший человек и что, может быть, однажды она разберётся в своих ощущениях и всё пройдёт. Говорила она искренне, и от этого становилось только хуже. Я вышла из гостиной и долго стояла в тёмном холле, слушая, как за стеной Лена гремит посудой. За эти месяцы я перестала быть в доме чужой. Лена кормила меня как родную и грозилась нарядить у своего портного. Братья взяли меня на задание, а потом сами подошли сказать, что со мной было хорошо работать. Артур знал, как я дышу на пятом круге, и по одному этому понимал, когда пора остановиться. Даже Мартин всегда мягко мне улыбался. Это была семья, которую связала не кровь, а то, что каждый когда-то сам решил здесь остаться, и я всерьёз начала считать себя её частью. И вот один человек из этой семьи только что честно признался, что не может находиться со мной в одной комнате дольше необходимого. И я её понимала — по крайней мере, наполовину. Страх перед тем, чему нет названия, был мне знаком: я и сама не знала, что во мне сидит, и сама испугалась этого у неё в кабинете, когда меня потянуло к чужой силе и я не смогла остановиться. А про мага, которому нравилось забирать жизни медленно, я понимала только слова. |