Онлайн книга «Сезон отпусков»
|
Ноль. — Чем ты занята? — А кто сказал, что я занята? — Ты обещала рассказывать мне, если затеваешь что-то нехорошее. Я старый человек, одной ногой в могиле. Вот помру, и никто даже не вспомнит… — Вы драматизируете. Выкладывайте, чего хотели… — Поэтому я должен знать все о жизни моей протеже – ради развлечения. Я фыркаю, нажимая следующую кнопку на сейфе. Девять. — Ничего плохого я не делаю, – говорю я. Два. – Просто немного осматриваюсь. — И где именно? — В гостинице «У мыса». В номере одного туриста. — Где же он сам? — На пробежке. Я бросаю взгляд на часы. То, как он берег одну ногу, вызывает беспокойство. Если нога заболит на крутых холмах, а они у нас по всему городу, времени осталось не так уж и много. Я ведь сама бегаю по этим улицам. Знаю, как это тяжело даже без постоянной боли, особенно в такую промозглую погоду и холод, пробирающий до костей. — Почти закончила, – говорю я больше себе, чем Артуру. – Мне просто нужно оценить, насколько вероятно, что этот конкретный турист окажется в пасти у Коржика. Я нажимаю последнюю кнопку на кодовом замке сейфа. Три. — И каков твой вердикт? – Замок щелкает, затворы двигаются. Дверца отворяется. Я достаю из темных недр сейфа альбом в кожаном переплете и, держа его левой рукой, открываю на странице с закладкой. – Харпер?.. — Очень даже вероятно, – шепчу я. Кажется, Нолан увлекается скрапбукингом. «Тревор Фишер» – гласит заголовок. Слева – карта. Красной ручкой возле реки нарисован крестик. Под именем – список дат и преступлений. Некоторые относительно мелкие: кража в магазине электроники, нарушение общественного порядка. Другие посерьезнее: нападение в баре, обвинение в ношении оружия. Еще несколько арестов за домашнее насилие. Справа на странице – фотографии мужчины, снятые издалека. А ниже – несколько крупным планом. Лицо, искаженное ужасом. Забрызганное кровью. И в самом низу страницы – что-то, похожее на кожу. Любовно сохраненную, высушенную и сморщенную кожу. Она приклеена прямо на бумагу. Но я различаю тонкие волоски, застрявшие в порах. Могу разобрать искаженный шрифт, все еще отпечатанный на иссохшей плоти. Memento mori. — Что там, Харпер? – спрашивает Артур. В его голосе слышится легкое беспокойство. – Что ты видишь? Я закрываю альбом, прижимаю его к груди, хватаю телефон и шагаю обратно в комнату. — К нам приехал один очень плохой человек. — Насколько плохой? Так и хочется сказать: «Кто-то вроде нас». Но правда в том, что даже если у нас и есть схожие… скажем так, внеучебные интересы… мы с Ноланом Роудсом полярные противоположности. Зато я знаю таких, как он. Мне приходилось выживать, сталкиваясь с подобными созданиями. И Артуру тоже. — Как Убийца с пером, – говорю я. На том конце провода мгновенно наступает тишина. В это время я засовываю альбом в пустое отделение для ноутбука и застегиваю сумку. И понимаю: дело не в том, что Артур пытается вспомнить. Кличку Убийцы с пером он не забудет никогда. Это имя будет преследовать его до последнего вздоха. — Немедленно вали оттуда. Убирайся! – говорит Артур голосом, который вдруг становится на октаву ниже. — Уже ухожу! – обещаю я и бросаю трубку, прежде чем старик успевает что-то добавить. Я задерживаюсь у тумбочки, фотографирую флакон с таблетками, стараясь запечатлеть название и адрес аптеки, выдавшей рецепт. Потом взгляд падает на лежащие рядом бумагу и ручку. Наверное, увиденное в альбоме должно меня пугать. Нолан ведь знает, где я живу. Он убил человека на моей территории, а я даже не была в курсе. Он играет со мной. |