Книга Пламя Венеции, страница 54 – Джованни Монтанаро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Пламя Венеции»

📃 Cтраница 54

— Луиджи Ноно не поют.

— Знаю. Его слушают, и точка, – сказала она, передразнивая Тициано.

— А переводчики? Вот японцы – говорят минут пять, потом начинает переводчик, но по-японски и то было понятнее.

— Зато они создают настроение.

— Неправда. На меня они наводят тоску смертную.

— Ну так смирись: дела теперь делаются именно так.

— Наше дело – работать, а не устраивать показы. Стекло – вещь серьезная, это не театр и не реклама.

— Ладно, раз в неделю, идет?

Елена знала, что Тициано прав, и они договорились выделять для экскурсионных групп одно-единственное утро. В ту пору посетителей не пускали к самим печам, и для них обустроили отдельный зал, где можно было побеседовать с мастером и полюбоваться выставленными работами. Когда-то никому и в голову не пришло бы переступить порог цеха – в Средние века того, кто так поступил, приняли бы за флорентийского шпиона и упрятали бы в Пьомби. Но времена изменились, и теперь туристические агентства предлагали посещение стекольных мастерских в составе пакетов, которые сегодня назвали бы «экспириенсами». Стекольням это тоже было выгодно – продавали много, без затрат на посредников в лице магазинов, да еще и сбывали остатки. Но для тех, кто работал, это было изнурительно, особенно для человека с характером Тициано, и Елена это прекрасно понимала. Однако без компромисса было не обойтись. Дела у мастерской шли неплохо – заказов и запросов хватало, после телеэфира марка стала узнаваемой, – но без флагманской коллекции прежнего процветания было не достичь. А значит, Тициано приходилось улыбаться бесчисленным стоматологам со всего света, менеджерам Barilla, собравшимся в лагуне на ежегодный съезд, и азиатским семейкам, сгорбленным под тяжестью висевших у них на шее камер Minolta.

Просто они еще не нашли ее – свою новую идею. Так бывает: момент, та самая искра, запаздывает. Да и оба боялись снова подпустить друг друга слишком близко – боялись, что прежнее взаимопонимание не вернется, и в то же время боялись, что обретут его вновь. Иногда Елена видела, как он уходит куда-то вечером, и думала, что хотела бы пойти с ним, подставить макушку под мимолетный поцелуй. И Тициано тоже – в Кастелло, рядом с Мариной, – думал о Елене, сравнивал ее со своей девушкой и перед сном представлял, что говорит с ней; говорил все то, чего не мог сказать наяву. В общем, время от времени им казалось, что они еще вместе, – хотя вместе уже не были.

Теперь Марта ходила в детский сад, и у них стало больше свободного времени. Оба привыкли мало есть в обед, и перерыв превращался в повод прогуляться – до апсиды Сан-Донато, до футбольного поля в Сан-Маттиа, мимо Музея стекла – они обещали друг другу, что однажды и их работы попадут туда.

Стояли там, никуда не торопясь, – в нежной, ленивой праздности. Мечтали, болтали. Она терпеть не могла Майкла Джексона и понятия не имела, что такое «Даллас», ни одну серию которого не пропускала Марина, зато была неравнодушна к Карлу Льюису. Он пересматривал кассету с «Прометеем» Луиджи Ноно в Сан-Лоренцо – она ходила на тот концерт без него, потому что не решилась позвать. В конце прогулки они шли выпить кофе под башней; платили по очереди. Если светило солнце, могли засидеться на полчаса.

— Какое у тебя любимое выражение? – спросила она как-то раз.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь