Онлайн книга «После нас ничего не осталось»
|
Юля сидит мрачнее тучи, не двигается и ничего не говорит. Рая хлюпает носом, тянется к пачке салфеток, шумно сморкается. Затем вздыхает и поворачивается ко мне. — Я знаешь, что поняла? — спрашивает меня. — Жизнь такая короткая, и это действительно счастье — встретить человека, к которому ты испытываешь сильное, непостижимое чувство. Далеко не всем везет полюбить с такой силой. Посмотри на меня — я любила первого мужа больше жизни. Второй раз вышла замуж почему? Чтобы одной не быть. Мать третировала, общество, потом еще беременность. Была ли я любима и счастлива в том браке? Нет. Семнадцать лет прожила с ним без любви, из-за детей. Я поняла это, только когда снова жизнь столкнула нас с Прохором, я осознала, что все это время у меня была зияющая пустота внутри. Так может, стоит послать к черту все, что правильно, и попробовать дать себе шанс на счастье? В конце концов, Илья раскаялся и понял все, что натворил, признал вину. Пусть теперь всю оставшуюся жизнь доказывает свою любовь и вымаливает у тебя прощение! Перевожу взгляд на другую подругу, ожидая ее вердикт. — Я бы не простила. — Юля, ты жестока, — вздыхает Рая. — А он не был жесток? Выбросил беременную на улицу. — Илья не выбросил, а не пустил домой. Отдал машину, все ее драгоценности, вещи. Он не виноват в том, что эти твари не передали ничего Томе. — Если бы он защитил ее, ребенок был бы жив. — Он не виноват в аварии, Юля! — выкрикивает Рая. — Не ви-но-ват! — Виноват! Кладу руки на щеки: — Боже, девочки, вы сведете меня с ума. У меня и так в голове черт-те что творится. Юля и Рая переглядываются и поворачиваются ко мне: — Не слушай нас. Мы смотрим со своей колокольни и несем то, что думаем, но ты не обязана принимать ничью сторону. Опускаю взгляд на стол. — Знаю. Кажется, настало время обратиться к тому, что сможет навести порядок в моей голове. Глава 61 * Тамара * — Иногда мне кажется, что я любила другого человека. Но тот, кто заботился обо мне, и тот, кто меня выгнал, — один и тот же Илья. Произношу это с усилием. Проще было бы ненавидеть одного и скучать по другому. — А тот, которого вы любите сейчас? — Тоже он. Я ведь не стала другой женщиной. Все, что было со мной тогда, осталось частью меня. И я не могу считать его другим человеком только потому, что теперь он раскаивается. — Что для вас значит его решение изменить жизнь? — Раньше он скрывал от меня свою теневую жизнь. Теперь отказался от нее. Для меня есть разница между тем, чтобы не знать о его поступках, и тем, чтобы этих поступков больше не было. Я впервые за разговор делаю глубокий вдох. Елена Андреевна кивает: — Вы допускаете, что можете быть вместе? — Я хочу дать ему шанс. Только торопиться не хочу. Возвращение к Илье само по себе меня не вылечит. У меня есть работа, есть рука. Я собираюсь к кистевому хирургу. Хочу понять, что еще можно восстановить. — Это ваше решение? — Мое. Я слишком долго откладывала то, чего хочу, потому что боялась нового разочарования. Медленно разгибаю пальцы и опускаю руку на колени. — Мне все еще страшно. Но я больше не хочу, чтобы только страх решал, как мне жить. Сказанное не делает меня спокойнее мгновенно. Когда поднимаюсь с кресла, чувствую усталость, будто долго держала что-то тяжелое и только сейчас освободила руки. Вопросы остаются. Но мне уже не кажется, что на каждый нужно ответить сегодня. |