Онлайн книга «Развод. Второй шанс»
|
Валя повернулась ко мне. — Я ведь отцу сказала, что не хочу больше никого видеть, — заговорила она быстрее, словно оправдываясь сама перед собой. — Ни бандитов, ни миллиардеров. Что хочу проснуться в обычном мире. Я правда так думала, Ваня. Я так устала от этой клетки, от охраны за спиной, от вечного страха… Она замолчала, переводя дыхание. — А потом… потом выстрел, — голос её дрогнул, на глазах заблестели слёзы. — Когда Илья в тебя выстрелил, у меня внутри всё оборвалось. Я вдруг поняла, что мне плевать на свободу, если тебя в этом мире не будет. Понимаешь? Девятнадцать лет… Ты девятнадцать лет стоял за моей спиной. Я ведь всё видела, Ваня. Не дура. Видела, как ты смотришь, когда думаешь, что я не замечаю. Видела, как ты руки в кулаки сжимал, когда Илья на меня орал. Просто… я боялась. Боялась поверить, боялась, что если сделаю шаг — нас обоих убьют. Я опустил ложку. В груди ворочалось что‑то огромное, горячее, от чего перехватывало дыхание. Все эти годы я молчал, глотал свою тоску и готовился сдохнуть в тайге. А она стояла сейчас передо мной и сама ломала ту стену, которую я не смел тронуть. Валя подошла к столу, опустилась на соседний табурет и положила свою ладонь поверх моей руки. — Боря мне сказал утром, — почти шёпотом продолжила она, заглядывая мне прямо в глаза, — что вы через две недели на Алтай уезжаете. Насовсем. Так скоро? Я думала, через два месяца только. Я кивнул. Горло сдавило так, что слова не шли. — И что ты там делать будешь? — она горько усмехнулась, смахивая слезу с щеки. — В тайге? Без меня? — Сдохну от тоски, Валь, — выдохнул я, наконец разжимая губы. Накрыл её ладонь своей, переплетая пальцы. — Я же тебе говорил. Вся моя жизнь здесь, напротив сидит. Валя выдохнула, будто сбросила с плеч неподъёмный груз. — Значит, так, Кипятильник, — сказала она, сжимая мои пальцы. — Слушай меня внимательно, потому что повторять я не буду. Мы с тобой будем жить вместе. Не когда‑нибудь потом, не после развода и не на расстоянии. Прямо сейчас. Под кожей Ночь опустилась на город тихо, укрыв дома темнотой. В комнате погас свет — только лунный свет пробирался через окно, и в полумраке парили замершие силуэты самолётов. Виниловая пластинка давно доиграла, игла тихо шуршала по последней дорожке, но вставать и выключать проигрыватель не хотелось. Я лежал на спине, закинув руку за голову. Левое плечо туго стягивал свежий бинт — Валя перевязала его вечером, осторожно, словно боялась причинить лишнюю боль, и её пальцы каждый раз задерживались на моей коже чуть дольше, чем требовалось. Мы договорились, что она ляжет в спальне, а я останусь здесь, на диване. Я так решил сам — не хотел давить, пугать, торопить. Слишком долго я держал себя на коротком поводке, чтобы вот так сразу нарушить дистанцию. Но уснуть я не мог. Кровь гудела в висках, а в воздухе всё ещё висел её запах — тёплый, родной, сводящий с ума. Скрипнула дверь спальни. Я повернул голову. На пороге стояла Валя. Босиком, в одной моей футболке, волосы рассыпались по плечам, в полумраке её глаза блестели — без страха или сомнений. Она постояла секунду, вглядываясь в темноту, а потом бесшумно шагнула ко мне. У меня перехватило дыхание. — Валь? — хрипло выдохнул я, приподнимаясь. — Что‑то случилось? |