Онлайн книга «Развод. Второй шанс»
|
Левое плечо обожгло так, словно туда воткнули раскалённый прут. Меня качнуло назад, пальцы на левой руке онемели, а по куртке расползлось горячее пятно. Пуля прошла по касательной, вырвав кусок мяса. — Ваня! — истошно закричала Галина Степановна, пригибая головы детей к полу. — Папа, нет! — захлебнулась криком Ника, сползая по стене. — Отпусти! — Стас рванулся вперёд, пытаясь перехватить руку отца. Илья оттолкнул парня локтем — тот отлетел к перилам. Илья снова вскинул ствол, целясь мне прямо в грудь. В его глазах плескался ужас загнанного зверя. Но второго выстрела я ему сделать не дал. Боль в плече только подстегнула, добавив злости. Я рванул с места, сокращая дистанцию. Левая рука висела плетью, поэтому я работал правой. Коротким ударом снизу я выбил пистолет из его рук. Пистолет отлетел в угол. Не давая Илье опомниться, я с размаху впечатал кулак ему в солнечное сплетение. Илья сложился пополам, издавая сиплый хрип. Я схватил его за шкирку, рванул на себя и с силой вмазал лицом в стену. Штукатурка посыпалась на ковёр. Не выпуская его, я заломил ему обе руки за спину, скручивая так, что затрещали суставы, и прижал коленом к полу. — А‑а‑а! Пусти! Сломаешь, сука! — завыл Илья, размазывая слёзы и кровь по полу. — Лежать, падаль, — прохрипел я, чувствуя, как кровь стекает по рукаву и капает ему на затылок. — Стрелять вздумал, гнида? В кого ты ствол направил? При детях?! За дверью спальни снова заколотили кулаками. Голос Вали срывался на крик: — Что там происходит?! Стас! Ника! Откройте дверь! Помогите!!! В этот момент на лестнице раздались тяжёлые, неравномерные шаги. Тук‑тук. Тук‑тук. Галина Степановна обернулась к лестничной площадке и выдохнула. На этаж, тяжело опираясь на свою трость, поднимался дед Андрей. За его спиной маячила широкая, окровавленная фигура Бори Дуршлага с ТТ в руке. Старик остановился на последней ступеньке, переводя дыхание. Его взгляд скользнул по простреленному плечу Вани, по плачущим внукам и остановился на распластанном на полу зяте. — Ну что, коммерс, — произнёс дед Андрей, и в тишине коридора его голос прозвучал как крышка гроба. — Поиграл в войнушку? Теперь отвечать будешь. По всем правилам. Своя жизнь Ваня Боря Дуршлаг шагнул вперёд, молча перехватил скулящего Илью за шиворот, как паршивого кота, и наступил ему ботинком на спину, перенимая эстафету. — Я держу, Кипятильник, — бросил Боря. — Иди открой. Я поднялся на ноги. Левую руку будто залили кислотой, пальцы подрагивали, а кровь пропитала куртку насквозь и капала на ковёр. Но боли я не чувствовал — в ушах всё ещё шумел адреналин, а внутри билась только одна мысль. Я подошёл к двери спальни, из‑за которой не прекращался отчаянный стук, и повернул ключ в замке. Дверь распахнулась. Валя вылетела в коридор. Глаза красные, волосы растрёпаны, лицо бледное, как мел. Она замерла на долю секунды, оглядывая разгром: распластанного на полу Илью под сапогом Дуршлага, отца и меня. — Ваня… — выдохнула она. В этом одном слове было столько ужаса и облегчения, что у меня перехватило горло. Она не бросилась к отцу и даже не сразу повернулась к детям. Валя ринулась ко мне и, всхлипнув, обхватила меня руками за шею, прижимаясь всем телом. Осторожно, словно боялась сделать ещё больнее. |