Онлайн книга «Молчаливый мальчик»
|
— Моя жена скончалась в прошлом августе, сэр. — Мне жаль это слышать. Однако в завещании имеется пункт, согласно которому, если миссис Августа Сэвилл умрет раньше мистера Рэмптона, то все состояние отходит ее детям, существующим на момент его смерти. – Мистер Роуселл заглянул в документ. – А точнее, наследникам по нисходящей линии. Довольно занятная фраза, но совершенно недвусмысленная. У миссис Сэвилл остались дети, сэр? В письме мистеру Вилю мистер Рэмптон упоминал двоих. Чарльза и Элизабет. — Да, – ответил Сэвилл. – Сейчас они оба живут со мной. Роуселл удивленно поднял глаза: — Только сейчас, но не раньше? — Это отчасти верно. На момент смерти моей жены мы с ней жили раздельно. Она поселилась с Чарльзом в Париже, тогда как Элизабет оставалась со мной здесь, в Лондоне. — Понимаю. – Маленькие ярко-голубые глаза мистера Роуселла, казалось, могли видеть дальше других, но только в случае, если это было целесообразно. – Что ж, нам не стоит вдаваться в подробности. И больше никаких детей, существовавших на момент кончины мистера Рэмптона? — Насколько мне известно, нет. — Я должен добавить, что в завещании есть одно условие. В завещании оговорено, что для получения наследства ребенок должен взять фамилию Рэмптон. Если только ребенок не является девочкой, которая уже замужем. В таком случае фамилию Рэмптон должен взять первый родившийся у нее сын. В этом нет ничего необычного. Человек хочет, чтобы его имя продолжало жить, после того как он умрет. — Наследственная масса. – Сэвилл заколебался. – Что в нее входит? — Боюсь, прямо сейчас я не могу сказать точно. Есть загородный дом в Стэнморе, на который имеется безусловное право собственности, как и на дом в Вестминстере. А кроме того, есть ряд маленьких ферм в Хартфордшире. Хорошая пахотная земля. Мне сказали, всего около четырехсот или пятисот акров, а может, больше. И, насколько мне известно, ничего из этого не имеет обременений в виде закладных. Мистер Рэмптон извлекал значительный доход из различных должностей, которые занимал, но после его кончины этот источник средств, естественно, иссяк. Он держал деньги в банке Уэйвенху. Они наверняка назовут вам сумму на его депозитах. Мистер Виль также занимался покупкой для него облигаций и ценных бумаг. Которые наверняка тоже хранятся в банке Уэйвенху. — Значит, вы не можете оценить примерную стоимость наследственной массы? — Пока нет, сэр. Хотя я был бы удивлен, если бы она не составляла приличной суммы, достаточной для безбедной жизни. Я… – Роуселл не закончил начатой фразы, отвлекшись на смех из приемной. – Прошу прощения. Прежде чем мы продолжим, я должен заметить, что мистер Рэмптон поставил еще одно условие. Он хотел, чтобы в случае, если миссис Сэвилл умрет раньше него, вся наследственная масса была преобразована в траст, управляемый в интересах любых существующих детей двумя попечителями до достижения детьми возраста двадцати пяти лет. Одним опекуном он назначил мистера Виля или его преемника, а в качестве второго выбрал вас. Сэвилл бросил на адвоката острый взгляд: — Вы уверены? — Абсолютно уверен, – ответил Роуселл. – Ошибка невозможна, как и сомнения. Но должен вас предупредить, что утверждение завещания займет какое-то время. Впрочем, не думаю, что с этим возникнут проблемы. Условия завещания достаточно просты. Насколько я понимаю, у мистера Рэмптона нет никаких других живых родственников. И нет никаких доказательств, что завещатель собирался изменить свою волю. |