Онлайн книга «Деревенское недоразумение, или Опекун для попаданки»
|
— А кто был бы достоин? — спросила я, и в этот вопрос я вложила всё своё раздражение, всю усталость от его опеки и то странное, ноющее чувство, которое я не хотела называть. Герцог посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то, от чего у меня перехватило дыхание. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент леди Элеонор громко захлопнула книгу и поднялась с места. — Дорогие мои, — произнесла она с наигранной беззаботностью, — я, пожалуй, пойду спать. У меня разболелась голова от этого романа. Слишком много страстей для одного вечера. Она вышла, и мы остались вдвоём. Тишина в гостиной стала такой плотной, что, казалось, её можно было резать ножом. Герцог стоял неподвижно, глядя на меня, и в его взгляде было столько всего, что я не могла разобрать: и досада, и нежность, и что-то похожее на отчаяние. Я не хочу, чтобы вы выходили замуж, — сказал он наконец, и его голос прозвучал так тихо, что я едва расслышала. — По крайней мере, не за кого попало. — Тогда за кого? — спросила я, и мой голос дрогнул. Клейтон не ответил. Он просто смотрел на меня, и в этом взгляде было столько всего, что слова оказались бы лишними. А потом он резко отвернулся и вышел из гостиной, оставив меня одну с потрескивающим камином и с мыслями, которые никак не хотели укладываться в голове. Я сидела в кресле, глядя на огонь, и чувствовала, как колотится сердце. Я не знала, что это было — признание, отступление или просто момент слабости, но что-то между нами изменилось в этот вечер. Что-то, что уже нельзя было вернуть назад. И позже, лежа в постели, я всё думала о его словах, о том, как он смотрел на меня, и о том, что я, кажется, впервые в жизни не знаю, чего хочу больше: чтобы он оставил меня в покое или чтобы он никогда этого не делал. Глава 10 Даша Лорд Маркус Блэквуд прибыл с визитом на исходе третьей недели, и я встретила его с тем же ровным любопытством, с каким встречала всех своих немногочисленных поклонников. Он был высок, широкоплеч и держался с той спокойной уверенностью, которая приходит к мужчинам, привыкшим к долгим прогулкам верхом и разговорам о вещах куда более практичных, чем бальные интриги. Его тёмно-каштановые волосы были коротко подстрижены, лицо обветрено, а серые глаза смотрели прямо и без тени той слащавой любезности, которой отличался мистер Лэнгтон. Он говорил мало, но по делу, и в его обществе я впервые за всё время пребывания в Лондоне почувствовала себя не экспонатом, который демонстрируют гостям, а человеком, с которым можно вести беседу, не опасаясь, что каждое твоё слово будет истолковано превратно. Мы сидели в малой гостиной, и леди Элеонор, как всегда, присутствовала при нашем разговоре, но на этот раз она не читала роман и не делала вид, что погружена в вышивание. Она слушала нас с неподдельным интересом, и в её взгляде, брошенном на лорда Блэквуда, читалось что-то похожее на одобрение. Я рассказывала ему о книгах, которые успела прочесть за последние недели, он делился впечатлениями о своём поместье в Йоркшире, и наш разговор тек плавно и неторопливо, как река в летний день, пока в дверях гостиной не появился герцог. Он вошёл без предупреждения, и я сразу поняла, что он не просто заглянул узнать, как у нас дела. Его лицо было бесстрастным, но в глазах застыло то особенное выражение, которое я уже научилась узнавать: смесь досады, раздражения и чего-то ещё, чему я не могла дать названия. Он окинул взглядом комнату, задержался на лорде Блэквуде чуть дольше, чем позволяли приличия, и затем произнёс с той холодной вежливостью, которая была его оружием: — Лорд Блэквуд, какой приятный сюрприз. Я не знал, что вы намерены провести в Лондоне так много времени. |