Книга Деревенское недоразумение, или Опекун для попаданки, страница 1 – Мария Шарикова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Деревенское недоразумение, или Опекун для попаданки»

📃 Cтраница 1

Глава 1

Даша

Дождь перестал только к утру. Я стояла у окна гостиной и смотрела на мокрую землю, на дорогу, размытую вчерашним ливнем, на голые ветви вяза, с которых ещё срывались редкие капли. Тётушку Эдит похоронили три дня назад. Три дня, а казалось, что прошла целая жизнь, спрессованная в короткие, душные часы между приходом викария, запахом ладана и стуком комьев земли о крышку гроба. Я помнила этот звук до сих пор. Он отдавался в висках, когда я просыпалась по ночам, и мешал уснуть, когда я слишком уставала, чтобы думать.

Миссис Бриггс сказала, что я держалась хорошо. «Как подобает леди», — добавила она, поджав губы, и в её устах это прозвучало почти как комплимент. Но я не чувствовала себя леди. Я чувствовала себя человеком, который потерял последнего близкого в этом чужом, пропитанном сыростью и условностями мире, и теперь стоит на пороге чего-то огромного и пугающего, не имея ни малейшего понятия, как туда войти.

Меня зовут Даша. В моём мире я носила джинсы, пила кофе литрами и работала в антикризисном консалтинге, где за день решалось столько проблем, сколько иному аристократу хватило бы на год. Я умела гасить конфликты, просчитывать риски и делать вид, что всё идёт по плану, даже когда план летел в тартарары. Я не умела только одного — оказаться в чужом теле, в чужой стране и в чужом веке, где каждое моё слово взвешивают, а каждый взгляд истолковывают.

Когда я только очнулась здесь, три месяца назад, первой моей мыслью было: «Это розыгрыш». Второй: «Где мой телефон?» Телефона не было. Была только узкая кровать, полог, пахнущий пылью, и испуганная женщина с лицом печёного яблока, которая поила меня бульоном и называла Джорджианой. Я долго не могла привыкнуть к этому имени. Оно было чужим, как платье с чужого плеча, как вся эта жизнь, в которую меня зашвырнула неведомая сила.

Но тётушка Эдит… Она стала моим якорем. Она не задавала лишних вопросов. Просто смотрела на меня своими выцветшими голубыми глазами, гладила по руке и говорила: «Ты всегда была странной, дитя. Но доброй. А доброта в этом мире большая редкость». Я впитывала её тепло, как сухая земля впитывает воду, и теперь, когда её не стало, снова чувствовала себя потерянной.

Я отошла от окна и машинально поправила волосы — тёмно-русые, густые, с тяжёлым медным отливом, который появлялся только при свечах. Я так и не научилась укладывать их как следует. Сегодня просто собрала в низкий пучок, из которого уже выбились несколько прядей. Платье на мне было серое, шерстяное, с простым белым воротничком, единственное приличное, что осталось от прежней Джорджианы. Я знала, что выгляжу бледной и усталой. Но мне было всё равно.

Ровно в полдень, будто сама судьба решила продемонстрировать пунктуальность, с улицы донёсся стук копыт и скрип колёс. Я замерла. Сердце стукнуло громче, чем следовало, и я мысленно одёрнула себя: это всего лишь встреча с опекуном, а не экзамен на выживание. Но ладони всё равно вспотели.

Я вышла в прихожую в тот самый момент, когда входная дверь отворилась.

Герцог Клейтон Уэнтворт оказался выше, чем я представляла, и гораздо внушительнее. Широкие плечи, обтянутые тёмно-синим дорожным плащом, высокие сапоги, покрытые слоем дорожной пыли. Волосы — тёмно-каштановые, влажные от измороси небрежно падали на лоб, и было в этой небрежности что-то нарочитое, будто он знал, что может позволить себе не соответствовать. Но больше всего меня поразила щетина — лёгкая, утренняя, покрывавшая подбородок и щёки. Она не делала его неряшливым, скорее придавала облику опасную, разбойничью мужественность, совершенно не вязавшуюся с тем образом чопорного аристократа, который я успела себе нарисовать.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь