Книга Сжечь ведьму! Или согреть её сердце!, страница 23 – Елена Кара

Она посмотрела на меня — в последний раз. В её глазах стоял немой вопрос: «Почему?».

Я сжал кулаки так, что ногти врезались в ладони до крови.

Потому что Элиза погибнет. Потому что если я скажу правду сейчас, мы все умрём. Потому что я должен добраться до короля. Потому что я люблю тебя!

Именно поэтому я должен предать тебя сейчас, чтобы спасти.

Но я не сказал ни слова.

Один из стражников грубо схватил её за руку. Она вскрикнула, но не от боли, а от унижения. Другой накинул на запястья тяжёлые железные браслеты, инкрустированные рунами, которые светились тусклым синим светом.

Раздался щелчок.

Велена вскрикнула громче, и я увидел, как угас свет в её глазах, как исчезла искра жизни.

Её посадили в железную клетку, которую привезли с собой. Маленькую, тесную, унижающую. Прутья были холодными, ржавыми в некоторых местах. Она цеплялась за них пальцами и смотрела на меня сквозь прутья с отчаянием.

Варен повернулся ко мне, сияя гордостью.

— А теперь, Дамиан, едем в столицу. Король ждёт новостей. И... у меня есть для тебя сюрприз. Касательно твоей сестры.

— Элиза? — мой голос сорвался, стал тонким и жалким.

— Она в безопасности, — улыбнулся Варен. — Пока ты служишь верно, с твоей сестрой ничего не случится. Поехали.

Меня посадили в чёрную карету. Бархатные сиденья, занавешенные окна, запах кожи.

Варен сел напротив.

Карета тронулась. Колёса заскрипели по камням, и мы поехали.

Я сидел, глядя в окно. За решёткой мелькали деревья. И клетка с Веленой, привязанная к задней оси другой повозки. Она тряслась на каждом ухабе, как кукла, как мёртвое тело.

Я видел её профиль. Она не плакала. Она просто смотрела в одну точку. В пустоту. В ничто.

И я чувствовал, как часть моей души отрывается и остаётся там, в лесу, вместе с ней.

Варен наблюдал за мной, его улыбка не сходила с лица.

— Ты молчишь, Дамиан. Это мудро. После такого напряжённого задания нужно время, чтобы прийти в себя. Но знай — ты герой. Ты спас королевство от ведьмы. Твоё имя войдёт в летописи.

Я механически кивнул.

«Прости, Велена, — думал я, глядя на её удаляющуюся клетку. — Прости меня. Я не мог иначе. Но я вернусь за тобой. Клянусь, я вернусь».

Но клятва звучала пусто в тишине кареты.

Потому что я знал: когда мы приедем в столицу, Велену сожгут. А я буду стоять рядом и смотреть, чтобы спасти сестру.

Цена была высока. Слишком высока.

Но я уже заплатил.

Глава 11

Столица встретила нас мелким, холодным дождём, который не смывал грязь, а лишь размазывал её по камням, превращая мостовые на улицах в серую кашу.

Небо висело низко, давило на крыши, как свинцовая крышка. Карета катилась по булыжнику, колёса скрипели, копыта стучали, и я слышал, как за спиной трясётся клетка. Каждый ухаб — глухой удар её тела о прутья.

Я не оборачивался. Боялся увидеть её лицо. Боялся, что не выдержу. Что выхвачу меч и перережу горло первому же гвардейцу. И на этом всё кончится, не начавшись.

Варен проснулся, когда мы въехали в ворота. Поправил воротник, вытер платком губы и посмотрел на меня с тёплой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

— Приехали, герой. Не подведи.

Дворец стоял на холме, белый, огромный, с окнами, забранными витражами. Я видел его сотни раз — на парадах, на аудиенциях.

Сейчас я смотрел на него и думал: вот место, где решается, кому жить, а кому сгореть заживо. Место, где король когда-то смеялся так громко, что слышно было на площади, а теперь умирает, отравленный человеком, который сидит рядом и улыбается мне, как отец сыну.