Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 14 – Лина Грин

— Тогда откуда?

Я посмотрела в окно. Мимо прошли дети в красных шапках. По мокрой мостовой проехал велосипед, заднее колесо которого почему-то не касалось земли. Вдалеке виднелась высокая башня с часами.

Всё выглядело слишком настоящим, чтобы продолжать убеждать себя в обратном.

— Боюсь, вы мне не поверите.

— После того как в Тыквенной лавке впервые за восемнадцать лет ночью загорелись окна, я готова поверить во многое.

Я медленно повернулась к ней.

— Восемнадцать?

— Восемнадцать лет, два месяца и примерно неделю. Я не считала дни.

По её тону было понятно, что считала.

— И всё это время сюда никто не заходил?

— Пытались. Дверь не открывалась.

— У города нет ключа?

— Было четыре.

— И?

— Ни один не подошёл.

Я машинально сжала свой.

Женщина проследила за движением.

— Как вас зовут полностью?

— Просто Лора.

— Люди не бывают «просто Лорами».

— Сегодня, похоже, бывают.

Она снова посмотрела на ключ.

— А меня зовут Олли Верн. Цветочная лавка напротив принадлежит мне уже тридцать семь лет, и тридцать семь лет я наблюдаю за этим окном.

— Значит, вы знали госпожу Браун?

Лицо Олли изменилось.

Совсем немного, но я заметила.

— Все на этой улице знали госпожу Браун.

— Что с ней произошло?

— Она исчезла.

— Куда?

— Если бы мы знали, это называлось бы отъездом.

Я вспомнила спальню наверху. Очки возле раскрытой книги, то платье на стуле и записку под хлебом.

Не открывайте нижнюю дверь.

— Она ушла внезапно?

Олли долго молчала.

— Вечером лавка работала. Утром была закрыта.

— И её не нашли?

— Нет.

— А родственники?

— Не осталось.

— Почему лавку просто не продали?

— Пытались.

— Но дверь не открывалась.

— Не только поэтому.

Олли подошла к одному из столиков и провела пальцем по пыльной поверхности.

— Никто не хотел её покупать.

— Почему?

Она посмотрела на меня так, будто ответ был очевиден.

— Потому что люди в Лиорне не любят места, хозяева которых исчезают.

С этим было трудно спорить.

— А теперь?

— Что теперь?

— Что будет с лавкой?

Олли выпрямилась.

— Вы действительно ничего не знаете.

— Я начинаю подозревать, что это станет главной темой сегодняшнего дня.

Она хотела что-то ответить, но снаружи послышался звон.

По улице приближался небольшой экипаж тёмно-синего цвета. На дверце серебром был изображён герб: башня, окружённая семью звёздами.

Экипаж остановился напротив лавки.

Олли тихо выругалась.

Я посмотрела на неё.

— Что?

— Быстро они.

— Кто?

— Городская управа.

Дверца экипажа открылась.

Первым вышел невысокий мужчина в сером пальто, прижимавший к груди толстую папку. За ним появился второй. Втёмном пальто, без шляпы, несмотря на мелкий дождь. Он поднял голову и посмотрел на вывеску. Затем его взгляд остановился на мне.

Даже через стекло было понятно, что моё появление не вызвало у него ни удивления, ни радости. Скорее профессиональный интерес человека, который обнаружил новую проблему и уже мысленно определяет, в какую папку её подшить.

— Кто это? — спросила я.

Олли поправила шляпку.

— Тот, кому вы совершенно точно не захотите рассказывать историю про банку какао.

— Почему?

— Потому что господин Марек Рейн не верит в истории.

Мужчина тем временем поднялся на крыльцо.

— А во что он верит?

Олли посмотрела на меня с неожиданным сочувствием.

— В документы.

Я почувствовала, как внутри становится пусто.