Книга Моя мерзкая фиалка, страница 79 – Марьяша Ришелье

По дороге назад он уже представлял себе лицо Алисии, её смех, её вопросы. И странное дело — раздражение куда-то ушло. Осталась... привычка. Да, он вернулся домой. К своим людям. Со своими идиотскими проблемами. И это было... нормально. Даже правильно.

Когда он вошёл в башню, пахло жареным хлебом и травами. Алисия стояла у очага, помешивая что-то в котелке.

— Ну что? — спросила она, не оборачиваясь. — Извлёк?

— Извлёк, — кивнул он, подходя и обнимая её сзади, прижимаясь подбородком к её плечу. — Теперь у нас есть новый пресс для ягод. Каменный. Лежит у Боромира под лавкой.

Она рассмеялась, откинув голову ему на грудь.

— Ничего не меняется, да?

— Меняется, — он повернул её к себе и поцеловал. Нежно, но со всей той страстью, что копилась за время разлуки. — Меняется к лучшему. Потому что теперь, когда прибегают с идиотскими проблемами... я знаю, что вернусь сюда. К тебе. И мы вместе будем над этим смеяться. Или ругаться. Но вместе.

Она обняла его за шею, притянула ближе.

— Значит, всё как надо.

— Всё как надо, — согласился он.

И за окном, над глухой, тёмной, вечно проблемной и вечно родной Глухоманью, вставало обычное, ничем не примечательное утро. Утро, полное глупостей, маленьких катастроф, запаха хлеба и фиалок, и двух людей, которые наконец-то нашли своё место. Не в столице. Не в величии. Здесь. В этой башне. С этими людьми. С этой жизнью.

И это было именно то, что им было нужно. Навсегда.

Крики на этот раз были не паническими, а празднично-истерическими. Донеслись они не утром, а в полдень, когда Вейард как раз пытался объяснить Алисии тонкости управления магическим потоком в узких каналах (она утверждала, что это скучно, и предлагала вместо этого проверить новое зелье для роста волос, которое могло бы, по её мнению, сделать его рыжую шевелюру ещё ярче).

— Маг Вейард! Маг Вейард! К свадьбе всё готово! Мы там помост соорудили... — голос принадлежал Якобу, но звучал он как-то... виновато.

Вейард и Алисия замерли, переглянулись.

— К какой свадьбе? — синхронно спросили они.

— К вашей! — крикнул Якоб, уже подбегая к самой двери. Его лицо было красным от бега и смущения. — Ну, вы же... вместе. В башне. После всего. Мы подумали... надо же как-то отметить. Правильно. По-деревенски.

Вейард медленно повернулся к Алисии. У неё на лице застыло выражение полнейшего, абсолютного недоумения, постепенно сменяющегося диким, сдерживаемым смехом.

— Мы... не говорили о свадьбе, — произнёс Вейард, глядя на неё. Но в его голосе не было отказа. Было то же самое недоумение, смешанное с какой-то тёплой, нелепой нежностью к этим идиотам.

— Ну так теперь поговорите! — весело крикнула из-за спины Якоба Ульянка. — А то чего зря помост? Он, правда... ну, немного на помост для гильотины похож. Старый плотник, помнишь, делал ту, на которой хотели... в общем, не со зла! Мы его цветами обвешали!

«Помост для гильотины, обвешанный цветами». Это было настолько гениально, настолько в духе Глухомани, что Вейард не выдержал. Он рассмеялся. Громко, раскатисто, так, что Алисия фыркнула и тоже залилась смехом.

— Вы с ума все посходили, — сказал он, вытирая слезу. — Совсем.

— Ну, маг, — вступил в дело Боромир, осторожно выглядывая из-за спины Якоба (без двух передних зубов, что придавало ему вид вечно удивлённого хомяка). — Люди хотят... шикануть. Вы же наши. Спасители. Да и девка... леди Алисия... она хоть и с причудами, но своя. Надо бы дело узаконить. А то вдруг опять кто из города приедет, бумажки какие потребует...