Книга Сделка, страница 135 – Лейла Фэй

Я почти засыпаю, когда Весна шепчет:

– Завтра будет новый день.

Но когда я просыпаюсь, завтра еще не наступило. Я лежу в кромешной тьме своей хижины, чувствую огромную тяжесть на груди и чужое дыхание – не мое, хрипящее прямо надо мной.

Пытаюсь пошевелиться – тяжесть становится сильнее, и хрип переходит в пыхтящий нечеловеческий рык. Я замираю. Воспоминание об оборотне, прижимающем меня к земле, встает перед глазами, яркое и ужасное. Открываю рот, чтобы заговорить, позвать на помощь, но воздух словно выдавили из меня. Существо становится все тяжелее и тяжелее, вес смещается на мне.

Грудь сплющивается и начинает болеть, живот вдавливается, дышать становится все тяжелее и тяжелее. Меня душат в моей собственной постели. Тело онемелое и свинцовое, застывшее от страха. Не могу пошевелиться.

— Что… – выдавливаю я хрипло, едва слышно.

Тяжесть давит, воздух выталкивается из меня. Существо теперь такое тяжелое, что я не могу вдохнуть. Ребра гнутся под давлением, и места внутри становится слишком мало. Рот открыт, как у рыбы, вытащенной из воды, хватаю ртом воздух, но он не идет. Не идет. Не…

«Свет! – думаю я из последних сил. Пыхтение отдаляется, сознание угасает. – Свет!»

Грудь чуть не разрывается от боли, и в тот же миг хижину озаряет яркая вспышка. Раздается визг, возня – и тяжесть исчезает с моей груди. Я хриплю, сдавленные легкие едва наполняются, ребра ноют от боли, голова кружится от ужаса.

В той единственной вспышке света я увидела существо, которое на мне сидело: болезненно-бледное, с парой злобных узких глаз и широко раскрытой пастью, полной игольчатых зубов. Голова огромная – слишком большая для его худощавого тела. Оно сидело на моей груди, как кошка: когтистые лапы покоились на груди, остальное тело – на животе.

Маленькое с виду, а вес – несоразмерный. На свету оно блестело, будто мокрое от странной вязкой слизи. На лысой голове торчало несколько пучков черных и седых волос, измазанных этой слизью.

Отвратительное и ужасное. Я не знаю, как оно попало в мою хижину, и от этого становится мучительно страшно. Я дрожу, не в силах двинуться и тараща в темноту глаза.

Не знаю, сколько времени проходит. Сердце медленно успокаивается, пока я лежу в постели, не двигаясь, в ужасе – а вдруг эта тварь вернется? Вслушиваюсь – тихо. Ни возни, ни пыхтения. Но темнота заставляет чувствовать себя уязвимой и беззащитной, а я боюсь покинуть постель.

В своем доме я всегда была в безопасности. Даже не знаю, что это за нечисть, хотя первая мысль: от Воланда.

— Весна? – тихо шепчу я, когда уже достаточно владею дыханием, чтобы не задыхаться. – Ты где?

Она не отвечает, и меня накрывает новая волна ужаса. А что, если эта тварь навредила ей, прежде чем наброситься на меня? Я не знаю, что это было, но вполне может статься, что оно способно навредить существу из Нави. О боги! Я не вынесу мысли, что Весна снова исчезла. Я едва вернула ее.

А ведь моими последними словами ей была глупая угроза – выгнать.

— Весна, пожалуйста, – говорю я чуть громче. – Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь.

Грудь все еще болит, но терпимо. Думаю: встать или нет? Зажечь огонь в очаге, чтобы был хоть какой-то свет? Если монстр вернется, я точно хочу его видеть. Но покидать постель не хочется, даже если это то место, где на меня напали.