Книга Удар кошачьей лапой, страница 89 – Сьюзан Спэнн

— Как ты убедил его вернуться? – спросил Хиро.

— Я сам предложил, – вмешался Мицухидэ. – По меньшей мере я многим обязан своему двоюродному брату.

— То есть вы не убивали его, – констатировал телохранитель. – Иначе не сидели бы здесь так спокойно.

— Верно, но, возможно, я видел убийцу Ёси. Я расскажу вам все, что знаю, при двух условиях. – Он выжидательно замолк.

Отец Матео уже готов был согласиться, но Хиро остановил подопечного взглядом и вместо этого неопределенно кивнул.

Мицухидэ, по-видимому, счел ответ приемлемым.

— Я покинул Киото несколько месяцев назад, чтобы присоединиться к другому даймё, –начал он. – Пусть меня считают предателем, но причины такого поступка – мое личное дело и не относятся к делу. Я больше не буду говорить об этом, и вы не будете спрашивать. Таково первое условие.

В ответ на его вызывающий взгляд Хиро едва заметно кивнул в знак согласия.

— Во-вторых, – продолжил Мицухидэ, – я не собираюсь встречаться с семьей брата. Я расскажу вам, что знаю, и немедленно уйду. Вы можете распоряжаться информацией как угодно, но предупреждаю: мое имя не принесет вам друзей даже среди клана Акэти. Вы не последуете за мной и не попытаетесь остановить. Таково второе условие.

— Если вы говорите правду и не причините вреда никому в этом доме, ваши требования приемлемы, – решил телохранитель.

Мицухидэ кивнул.

— Я вернулся в Киото два дня назад, чтобы добыть дополнительное оружие для даймё Оды. Обрил голову и переоделся торговцем, чтобы избежать поимки, но решил рискнуть и повидаться с Хидэёси в ночь перед отъездом. Это было глупо, но кровь есть кровь. – Он осекся. – Учитывая случившееся, возможно, не самый уместный выбор слов. Я назначил встречу в чайном доме «Сакура», поскольку знал, что Хидэёси проводит там вечера. Я выбрал девушку, имени которой не знаю, и дал ей золотую монету, надеясь, что щедрое вознаграждение ослепит ее, а после говорил только о торговле.

— Уловка сработала, – усмехнулся Хиро. – Ёко нашла вас скучным.

Мицухидэ рассмеялся.

— Как я и планировал. Скучных мужчин трудно запомнить. Девушка развлекала меня на западной стороне чайного дома, в передних покоях, где была общая стена с комнатой Хидэёси.

— Вы говорили с братом? – спросил синоби.

— Да, – подтвердил его собеседник, – около уборной, после ужина. Он был не рад меня видеть. Велел мне доделывать свои дела и убираться, а впредь больше не связываться ни с ним, ни с его семьей.

— Неудивительно, – заметил отец Матео.

— Он понимал причины, по которым я присоединился к даймё Оды, – возразил Мицухидэ, – и сердился только потому, что я попросил отпустить со мной Нобухидэ. Мальчик пропадает на посту ёрики. Я мог бы сделать из него настоящего самурая. Но Хидэёси отказался отпустить сына, и я принял его решение. Обещал, что больше не стану просить, вернулся в свою комнату и допил саке. Я собирался уйти довольно рано, но девушка была привлекательна и довольно хорошо пела, так что я задержался дольше, чем планировал. Я покинул чайный дом вскоре после полуночи и направился в Понтотё, чтобы найти питейное заведение, где можно скоротать часы до встречи с португальским торговцем.

— Луис, – вставил тот. – Меня зовут Луис Алвареш.

— Выходя из «Сакуры», я заметил человека, прячущегося в тенях у садовых ворот.