Книга Удар кошачьей лапой, страница 21 – Сьюзан Спэнн

— Ему больше не разрешено здесь бывать. – Тараща глаза, Саюри понизила голос: – Он напился и пристал к одной из девушек. Но у нас не такое заведение. Маюри была в ярости и заявила Хидэёси, что его сына тут больше не желают видеть.

— Вы знаете имя пострадавшей девушки? – спросил Хиро.

— Мияко?.. – Саюри покачала головой. – Кажется, Мияко, но я не уверена. Она не работает здесь уже больше года. По-моему…

Дверь с шорохом отъехала, и гэйко оборвала себя на полуслове. В дверном проеме на коленях стояла Маюри.

— Прошу прощения за неудобство, – произнесла она тоном, означавшим обратное, – но мои девушки не смогут поговорить с вами сегодня утром. Похоже, вы ждали напрасно.

Отец Матео начал было возражать, однако Хиро поклонился и сказал:

— Благодарим. Мы вернемся позже.

Маюри поднялась, чтобы проводить гостей. Иезуит с недоумением посмотрел на своего телохранителя, но тот лишь слегка покачал головой и без возражений последовал за окаасан.

Когда она вывела на улицу, Хиро внезапно произнес:

— Раз другие девушки не могут говорить с нами, возможно, вы подскажете, где найти Мияко.

Улыбка Маюри исчезла. В удивлении она приоткрыла рот, но почти мгновенно взяла себя в руки.

— Боюсь, я не знаю такого имени.

— Вы боитесь, потому что знаете, – парировал синоби. –Либо вы говорите мне, где ее найти, либо я проболтаюсь нашим друзьям во дворе, что Мияко владеет сведениями о смерти Хидэёси, которые вы пытались скрыть. Посмотрим, быстро ли они ее найдут.

— Они уже знают, где ее искать. – Улыбка хозяйки окончательно померкла, и выражение лица стало жестким, когда она взглянула поверх плеча телохранителя на досинов во дворе. – Мияко находится в «Доме плывущих слив» в Понтотё.

Отец Матео молчал, пока они не дошли до моста. Переходя реку, священник не выдержал:

— Зачем мы ушли? Надо было поговорить с другими женщинами. Кто-то обязательно что-нибудь слышал!

— Думаете, нам сказали бы правду? – Синоби не стал ждать ответа. – Маюри что-то скрывает, и девушки наверняка ее поддержат, по крайней мере, пока мы не узнаем достаточно, чтобы вынудить их на откровенность.

— Зато Маюри хотя бы сказала, где искать Мияко, – напомнил священник, – хотя я не понимаю, зачем тебе эта девушка.

— Когда у наследника покойного есть склонность к насилию, полезно выяснить, насколько она глубока.

* * *

«Дом плывущих слив» прятался в глубине теней Понтотё: крошечный двухэтажный чайный дом, втиснутый между подозрительного вида веселыми кварталами. Нависающие верхние этажи зданий погружали грунтовую дорогу в почти вечные сумерки, затрудняя чтение вывесок с названиями заведений. С закатом унылый переулок превращался в сверкающий рай бумажных фонарей, шелковых кимоно и накрашенных лиц, но дневной Понтотё напоминал постаревшую проститутку без макияжа.

— Это тут? – спросил отец Матео, когда они остановились у двери.

Хиро попытался увидеть чайный дом глазами иезуита. Сосновый фасад выцвел до серо-коричневого цвета с более темными пятнами гнили под карнизами. Второй этаж нависал над переулком, почти упираясь в верхний этаж публичного дома через улицу. Ни каменных собак, ни вишневых деревьев у входа. Лишь простенькая рукописная табличка гласила: «Плывущие сливы».

— Это публичный дом, – определил отец Матео.